Книга Сирийский рубеж 3, страница 103 – Михаил Дорин

— Спасибо, Рания! — присел я перед девочкой, взяв в руки игрушку.

— Я вам его дарю, господин. Он хороший.

Пока я думал, как отдать мышонка девочке, она крепко обняла меня. Хочется, чтобы у этой малышки было мирноенебо над головой, а в её глазах всегда играли озорные огоньки.

— Рания, господину пора, — сказал Абдул Муним и девочка подошла к маме, схватившись за её подол.

Мы ещё несколько раз попрощались с семьёй Султан и залезли в машину. Всю дорогу я держал в руках пластикового серого мышонка, смотревшего на меня добрыми глазами. Пожалуй, это главный и самый дорогой сувенир из Сирии.

Через несколько минут нас уже досматривали на КПП. Дверь открылась, и меня попросили выйти.

— Что-то случилось? — уточнил я.

— Товарищ майор, вас ожидают вон в той машине, — указал он на УАЗ-469, стоявший рядом со зданием пропускного пункта.

— Кеша, меня «приняли». Доложишь Бунтову, что мы прибыли, — сказал я.

— Может я с… ик… тобой? Далеко не убегу, но могу массой… задавить, — предложил Петров.

— Отдыхай. Доброй ночи!

Я захлопнул дверь «таблетки» и пошёл к УАЗу рядом с КПП. Нетрудно было догадаться, кто меня там ждал.

— Добрый вечер! — запрыгнул я на заднее сиденье.

Здесь уже сидел Казанов, постукивающий газетой по ладони.

— Благодарю вас, Александр. Наша ставка не сыграла, но зато мы кое-что проверили.

Интуиция мне подсказывает, что непростую стрельбу я слышал в деревне. Может это дело рук Казанова?

— Просто проверили? — уточнил я.

— Без шума и пыли проверили. Вам понравилось традиционное арабское гостеприимство?

— Хлебосольные ребята. Но я этого и ожидал.

— Это хорошо. Вы увидели ту Сирию, которую стоит защищать.

— Я это всегда знал. Почему нигде не говорилось о зверствах на севере, которые учиняют пришлые наёмники?

Виталий Иванович дал команду водителю выйти из машины, чтобы мы остались вдвоём. Как только он вышел, Казанов передал мне газету.

— Подержите, а я покурю. Ваше замечание интересное. К сожалению, известные вам и мне журналисты, готовые на такой материал, сейчас заняты. Вы поняли, о ком я?

— Да. Но я никогда не поверю, что у вас нет ещё парочки «сорвиголов» в печатных изданиях.

Естественно, что Виталий Иванович говорил о девушке Анне Красновой и моём товарище Лёхе Карелине.

— К сожалению, уже нет. У вас же есть фонарик? Прочтите первую полосу газеты.

Я осветил первую страницу. Сказать, что обалдел, ничего не сказать.

— Британская «Таймс», верно? — уточнил я, пробегая глазами по заголовку газеты.

— Онасамая. В Англию съездил секретарь ЦК КПСС.

Ну это я уже и без Казанова понял. Британская газета рассказывала о визите Горбачёва в Англию, его встрече с Маргарет Тэтчер и впечатлении английского истеблишмента от, возможно, будущего генерального секретаря.

Насколько мне помнится, этот визит многими на Западе был назван «смотринами».

— «Золотой мальчик советской политики». Интересная оценка. К чему это?

— Предполагаю, что скоро нас ждут перемены. А сейчас поедем в штаб. У вас осталось 15 минут до начала постановки задач на завтрашний перелёт.

— Не у вас, а у нас. Вы как будто не с нами, — ответил я, заставив Казанова улыбнуться.

В классе постановки задач собрались все командиры вертолётов, а также Батыров и другие заместители командира. Бунтова ещё не было, но штурман уже расписывал на доске расчётные данные на завтра.