Книга Сирийский рубеж, страница 35 – Михаил Дорин

— Вот в полигон я точно попал, — посмеялся коллега.

— Всё у тебя нормально, Асул. Продолжай руление.

Лейтенант Асул Султан — один из моих подопечных, которых мне нужно натаскать в полётах на Ми-25 экспортной версии Ми-24. И с этим арабом не соскучишься. Прозвище у него «Аси». Энергии хоть отбавляй!

И его брат-близнец мало в чём ему уступает. Джанаб Султан был тоже хорош в лётной работе. Объединяло двух этих парней — пристрастие к музыке. Рок-музыке!

Зарулив на стоянку и выключив вертолёт, Асул продолжил весело рассказывать, какой он сегодня молодец.

— Я развернул его. Потом набрал высоту. Далее прошли аккуратно над песками. Аль-каид, хорошо ведь вышло? — напрашивался на комплименты Асул, пока я вылезал из кабины.

— Хорошо. Только не с первого раза. Надо доводить до автоматизма все манёвры, — объяснил я.

Техсостав принялся неторопливо готовить вертолёт к повторному вылету. Несмотря на палящее солнце, в воздухе стоял гул двигателей и свист винтов. Кто-то выполнял полёт парой, уходя на предельно малой высоте на маршрут. Кто-то, завешанный блоками с НАРами, выполнял отход на полигон.

Вся авиабаза в это жаркое время продолжала работу. А ещё в нескольких ангарах шла кропотливая работа советских специалистов.

Я внимательно посмотрел на один из ангаров, ворота которого были приоткрыты. Именно там для моей группы готовили Ми-28 к полётам.

Пока я размышлял над увиденным и проветривался, сняв куртку лётного комбинезона, Асул продолжал бухтеть.

— Ай, Саша! Ты из нас делаешьэтих… ваших Чкаловых. Как там по-вашему… «получи рыбу»? — спросил у меня Асил, протягивая раскрытую ладонь.

— Правильнее будет сказать — «держи краба», — крепко пожал я ему руку.

Обсудив с лейтенантом дальнейшие планы на день и вечер, я пошёл присесть на лавочку под навес. В тени не было прохладней, но когда над головой крыша, проще переносить солнечные лучи.

— Зови родственника, — сказал я Асулу, присев.

— Сейчас!

Асул не успел отойти от меня на несколько шагов, как появился его брат. Лёгкой походкой и в солнцезащитных очках, Джанаб Султан шёл в мою сторону.

— Да, я снова в деле! Я вернулся! Да, я вернулся! — громко пел Джанаб одну из песен австралийской рок-группы.

Собственно, в честь именно этого коллектива и получили близнецы свои прозвища Аси и Диси. Легко и просто запомнить!

— Александр! Я готов, и я вернулся, — увидев меня, продолжил напевать композицию AC/DC.

Джанаб присел рядом и готовился слушать мои наставления перед вылетом. Задание точь-в-точь, как и у Асула. Те же манёвры и параметры полёта.

— Всё понял? — спросил я у Диси.

— Конечно! В бою не терпится опробовать.

— Не торопись, а то успеешь, Джанаб. Мы готовим вас к войне с очень сильным противником. Легкомысленно относиться нельзя.

Диси кивнул. Он задумался и снял очки. Султан молчал, а я в это время остановил взгляд на стоянке. Туда несколько минут назад зарулил вертолёт Занина. Как раз сейчас лётчик-испытатель пытается объяснить подопечному — командиру эскадрильи, как выполняется поворот на горке.

Василий выписывал руками в воздухе, как выполняется этот манёвр. Комэска сирийцев весьма скептически поглядывал на Занина, пытаясь что-то ему доказать.

— Знаешь, аль-каид, нам командование говорит, что мы не будем сразу ввязываться в войну. Мол, только если израильские войска подойдут к реке Захрани, — сказал Султан, отвлекая меня от спора Занина и командира эскадрильи.