Книга Чистое везение, страница 132 – Марьяна Брай

Да и во время работы я могла отмечать для себя недостатки нашего предприятия. Поэтому мы решили настроить график, в котором было место и мне. День собиралась работать с Ульяной, потом они работали вместе. Третий день я работала с Натальей. Четвертый они снова работали вместе. Так у меня получалось парить местных купчих через день.

Мои две помощницы не очень-то обрадовались, что у них будут выходные: не хотелось терять заработок. Ведь те копейки, что они получали, были большим подспорьем в семье. Заработанное я выплачивала после каждой смены: мне нужно было знать, сколько останется “чистыми”, ведь дельной бухгалтерии у нас пока не было.

Со следующей недели в приготовленных моими азартными помощниками стенах начинал работать плотник. А они, поняв, что это возможность продолжить освоение ещё одной части склада, принялись за очередную грязную работу с огромным рвением.

Жизнь кипела ровно до того момента, когда ближе к вечеру четверга Никифор пришел за мной в столовую, где мы обсуждали с Варварой необходимые покупки.

— Я… — замялся Никифор, да так, что аж присел напротив нас, тяжело вздохнув, — я наврал там… — он мотнул головой в непонятном направлении.

— Никифор, ты давайили говори, или не мешай. У нас дел невпроворот. Надо узнать ещё, кто мясо солёное продаёт. А то останемся опять ни с чем, — Варя отмахнулась от него, как от назойливой мухи, продолжая считать наш невеликий бюджет.

— Тама к Елене приехали…

— Ой, Фёкла, наверное, — я подскочила. Но когда проходила мимо сторожа, он схватил меня крепко за запястье, не вставая с лавки.

— Нет. Тама, эта… игуменья Агафия явились. Сама и ишшо кто-то с нею, — он, наконец, выпалил всё, и я, поняв, что гости эти не обещают ничего хорошего, села рядом с Никифором на лавку.

— Ты сказал, что наврал? — вдруг вспомнила я первые слова сторожа.

— Я ей наврал. Сказал, мол, ты уехала куда-то, а вернуться, мол, сегодня должна была. Вот она меня и отправила за барином. А я ответил, мол, барин наш в Петербургах. И, мол, кады вернётся, не разумею. Не сказал, что Николай Палыч чичас его замещает. Вот. Того, значит, всё вроде.

— Молодец, Никифор. Нам сейчас не до них совсем! — я улыбнулась и погладила Никифора по руке, которой он всё ещё сжимал мою.

— Я пойду, пока барин не увидел у ворот карету её. Благо, они сейчас в залах урок ведут. Окна в сад… — размышляла вслух Варя, потом отложила бумаги и мелочь, рассыпанную на расстеленной Дуняшей скатерти.

— А если они меня ждать станут? Или мальчишки выбегут, или… — я чувствовала, что время моего покоя закончилось. Зачем я нужна была игуменье — большой вопрос.

— Елена, некого нам бояться. Усадьба под надзором, силой тебя никто не вытащит. Да и гумага та у тебя имеется, — Дуняша заметила, наверное, как я дрожу. Но сильнее всех это чувствовал Никифор.

— Николаю Палычу надо всё рассказать. Я так разумею, Елена! Власть в этом доме теперь на нём. Лучше от нас пусть узнает про врагов наших, чем потом ему кто-нибудь чего напоёт. Вот в чём правда, бабоньки, и можете меня ругать, но я после того, как эта божья невеста уедет, так и сделаю. Он хоть и чудаковат, а мужик хороший, сердечный. Помягче Кирилла Иваныча будет… — Никифор говорил очень уверенно, и я не сомневалась, что он так и сделает.

— Лучше мне самой, Никифор. Спасибо тебе за всё, но это моё дело и мои проблемы, — ответила я и встала. Но неожиданно почувствовала на плече ладонь, которая, надавив, усадила меня назад.