Онлайн книга «Чистое везение»
|
Ужин проходил привычно: Николай много говорил, подшучивал над студентами. Те, привыкнув к барину-балагуру, заменившему на время бурчащего себе под нос вечно во всём сомневающегося Вересова, не обижались и даже участвовали в коротких и смешных словесных пикировках. А я замечала, как до этого угрюмые, малообщительные юноши начали более уверенно вести беседу, высказывать своё мнение. Да и сами иногда даже предлагали что-то. Тогда я подумала, что Николай был бы лучшим преподавателем, нежели Кирилл Иваныч. Или же вместе они могли бы составить отличный тандем. Варвара, помня о том, что барин хотел поговорить со мной, дождалась, когда все закончат ужин, помогла нам с Дуней убрать со столов и, улыбнувшись, сообщила, что ей нужно еще закончить дела. С этими словами она покинула столовую. И мы с Николаем остались вдвоем. Он, наверное, намеренно, очень медленно пил чай, доливая ещё горяченького из самовара. За дверью в кухне Дуня мыла посуду да шикала на мальчишек, забегавших по мою душу. Я несколько дней уже не болтала с ними вечерами, сидя под цветущими белыми вишнями. А они привыкли к нашим душевным разговорам. — Варвара рассказала мне обо всём, Елена, — Николай тяжело вздохнул, словно этот разговор был сложен для него. Потому что в конце он должен был признать свою слабость, признать, что эта проблема нерешаема, сложна и вообще никак не касается его лично. — Тогда мне нечего вам рассказать, — я улыбнулась, но получилосьэто натянуто, получилось это совсем не тепло. — Как же нечего… как раз есть что. Лично ты что думаешь? — Я? Думаю? — посмотрела на его удивленно и захлопала ресницами, впервые недоумевая до такой степени. — Ты! Ты, Елена. Ты ведь не Евдокия и даже не Варвара! Они бы сейчас столько слов мне сказали, что слушай хоть до утра. Они бы стояли за себя, как за крепость. А ты… должна сказать еще больше! — уголок его губ приподнялся. — Я хотела бы иметь права и хотела бы иметь возможность жить так, как мне хочется. Но здесь для этого требуется иметь понимание. Что ступив на этот путь, постоянно буду в опасности, Николай Палыч. Я не знаю, по большой ли любви ко мне или по каким-то другим причинам моя мать… нет, скорее моя тётка так настаивает на моем подчинении им. Но я не намерена жить их тихой богоугодной жизнью. Если мне нет места и здесь, остаётся бежать подальше, сменить имя… — Через год такой жизни тебя примут легко за бежавшую крепостную. Найдётся помещик, который «распознает» в тебе беглянку. Здесь, в усадьбе, ты один из важнейших винтиков в нашем странном механизме, Елена. Я в первую неделю с моего приезда недоумевал: зачем ты здесь? Вроде служанка, ан нет! И не ученица, поскольку у тебя своё видение. И узнать нового не стремишься. А потом с этой тыквой… — Я построила здесь бани. Не я, конечно, и не своими руками, но вложила большие деньги… — Совсем не получив от хозяина каких-либо гарантий. И уж тем более не оформив это предприятие соответствующе, чтобы получать свой процент! — закончил за меня Николай, а потом спросил: — Кирилл ведь не дал право открыть баню? — он искоса глянул на меня. — Кирилл Иваныч честный человек. И когда понял бы всю схему, не позволил бы себе нажиться на этом, — уверенно подняв подбородок, ответила я. — Это так. Но и я не планировал оставить тебя с носом. Прежде чем предложить тебе свою помощь, скажи, как ты видишь её? — очень мягко, тихо и словно боясь напугать меня, спросил он, глядя мне в глаза. |