Книга Чистое везение, страница 27 – Марьяна Брай

Он провел меня за ограду, мы поднялись на крыльцо, вошли в особняк, и я открыла рот. Такое я видела только в кино!

Огромный зал, великолепная лестница, в центре делящаяся на две, разбегающиеся в разные стороны. Блестящий паркет, искусно расписанные потолки, дорогие люстры со свечами.

Я представляла хозяина этой роскоши совсем не так.

Оказалось, что на вид хозяину этого великолепия тридцать или чуть больше. Грубоватые черты лица, квадратный подбородок, карие колючие глаза. Я думала увидеть здесь мужчину лет шестидесяти. Во фраке, парике, с забранной назад косичкой. Именно так мне описывал это время Валерьяныч. Но ни дат, ни имен я, конечно же, не запоминала.

— Вот тебе и история! Где она пролезла, барин? Я за городничим сейчас отправлю! Это же надо, какая настырная, — высокий голос вчерашней Варвары разорвал тишину и, отразившись от высоченного потолка в переднем зале, рассредоточился. Как в оперном театре, куда меня как-то затащила Кира, надеясь приобщить к прекрасному.

— Варвара, перестань кричать. Когда я научу тебя говорить тихо? — голос ученого был спокоен и не выражал никаких эмоций: ни раздражения, ни суровости. — Она поработает у нас. Найди ей комнату в крыле слуг. Там много пустует, — он махнул ладонью куда-то кверху, и, на мой взгляд, это значило «отведи куда-то, где я ее небуду видеть вообще». Глянул на меня еще разок и вышел на улицу.

— А чего она делать-то будет? Когда купеческие дочки работой себя отягощали? Ни-ког-да, — Варвара продолжала блажить.

— Может, перестанете орать? Он вас уже не слышит. Найдите мне комнату и дайте хотя бы кипятка, — спокойно попросила я.

— Кипятка-а ей! Ишь, барыня у нас тут завелась, — Варвара явно переигрывала и сейчас, кланяясь мне, пыталась как можно ярче изобразить свое презрение.

— Любить меня не надо, Варвара. Просто не нужно «кусать» по делу и без него. На мне и так живого места нет, — я глянула на лестницу, по которой, видимо, и можно было подняться на два верхних этажа, куда показывал Вересов, и решила подняться.

— Айда за мной. Куда по главной-то? И правда, будто не нищая, а графиня какая явилась! Может, вам, «в-ваша св-ветлос-сть», еще ковры постелить? — она шустро меня обогнала и, борясь с одышкой, встала передо мной, перекрывая путь.

Потом указала куда-то вправо. Через неприметную дверь мы прошли в коридор, ведущий в правое крыло первого этажа.

— Двери не закрываются, но общая дверь у комнат для горничных есть. Там всего пять девушек. Но я тебя отдельно поселю. Чтобы разговоров меж вами не было, — она походкой разъяренной уточки шествовала по коридору, то и дело оглядываясь, словно я могла что-то украсть.

— Так даже лучше, Варвара. Сели куда хочешь.

— А чем лучше? — она остановилась и обернулась. Рассмотрела меня, словно пыталась найти неучтенный ею подвох.

— Разговаривать не люблю. А они, наверное, как ты: язык без костей?

— Ты мне поговори, поговори, девка! Тут тебе не отцовская лавка. На всякую сударыню-бездельницу найдется управа! Найдё-о-отся!

Мы прошли до конца коридора, и она резко открыла последнюю дверь, за которой оказался метра в три коридор и комнаты по обе его стороны.

— Говори, куда мне? — я стояла за спиной экономки в ожидании, что она пройдет вперед. Не хотелось, чтобы эта язва шла за мной.

— Последняя справа, — выпалила Варвара, хмыкнула и направилась на выход.