Книга Не приближайся!, страница 58 – Лилия Левицкая

— Телефон разрядился…

— Как ты здесь одна ночевала? Не боялась?

— Нет, все хорошо, — уклончиво ответила я.

Ох, если она узнает, что я ночевала у сына Богдановых. Убьет! Как быть с ключами, у меня их нет?

— А суп почему не ела? — она все задавала вопросы.

Она сделала шаг навстречу, внимательно вглядываясь в лицо дочери.

— Мира, я видела машину. Дорогую. И молодых людей. Это был… он? Сын Богдановых?

Вопрос был задан прямо, без обиняков. Мама не собиралась ходить вокруг да около. Ее беспокойство было слишком велико.

Я подняла на маму усталые глаза. Смысла отрицать очевидное не было.

— Да, мам. Это был Матвей, — тихо призналась она. — Он просто… предложил подвезти. Было поздно.

— Просто предложил? — Мама недоверчиво покачала головой. Она подошла ближе, положила руку Мире на плечо. — Я тебя кажется предупреждала насчет этого парня?

В голосе мамы послышался страх. Мира почувствовала новый укол вины. Меньше всего ей хотелось волновать маму.

— Я знаю, мама, — поспешила заверить я, беря мамину руку в свою. Ее рука была теплой, немного шершавой от работы. — Ничего серьезного. Я очень устала, мам, правда. Можно, мы потом поговорим?

Заглянула маме в глаза с мольбой. Усталость была не притворной, она действительно валилась с ног, и мысль о подробном допросе сейчас была невыносима.

Мама внимательно посмотрела на нее, на бледное лицо, темные круги под глазами. Ее материнское сердце, видимо, смягчилось. Она тяжело вздохнула.

— Ладно. Вижу, что ты никакая. Иди умывайся и спать ложись. Я тебе ужин оставила, погреешь?

— Спасибо, мам. Не хочу есть, только спать, — Мира благодарно сжала ее руку.

— Хорошо. Но завтра мы обязательно поговорим, Мира. Обязательно. Мне не нравится вся эта история. Совсем не нравится.

* * *

Уроки тянулись бесконечно долго, буквы расплывались перед глазами. Я почти неспала, ворочаясь и прокручивая в голове каждый момент: ледяной тон Матвея, его слова "очень даже мое", отчаянное облегчение в глазах Дани, когда я все отрицала, и его последующее растерянное предложение пойти в кино… А еще — поцелуй. Тот самый, который я упорно пыталась вытеснить из сознания, но который обжигал губы и вызывал странную, пугающую смесь стыда и чего-то еще, чему я боялась дать название.

Мама утром проводила меня тяжелым, многозначительным взглядом, но подробный разговор отложила до вечера, видя мое состояние. Это было лишь временной отсрочкой.

Матвея сегодня не было в школе. С одной стороны я обрадовалась, с другой огорчилась. По не понятной мне причине хотелось его видеть.

На большой перемене я буквально рухнула на скамейку за столиком в углу гудящей столовой. Лейла тут же подсела ко мне.

— Мира, ты выглядишь так, будто всю ночь призраков гоняла, — Лейла, как всегда, была прямолинейна. Она сдвинула свой поднос с салатом. — Что стряслось? Опять работа?

Я устало потерла виски. Рассказывать не хотелось, но и держать все в себе было невыносимо.

— Работа — это само собой, — вздохнула я, ковыряя вилкой нетронутую запеканку. — Но вчера… вчера был полный кошмар.

И я рассказала. Про то, как поздно закончила, как не было автобуса, как Матвей предложил подвезти. При этих словах глаза Лейлы округлились.

— Сам Матвей? — ахнула она. — На той его черной тачке? Обалдеть!

— А что мне было делать? — устало возразила я. — Ночь, остановка пустая, холодно. Я просто хотела домой.