Книга Бар «Сломанный компас», страница 42 – Тея Морейн

Я перебил. И по моему перешел грань.

— Или ты готовишь мне меню до завтра. Или ты уволена.

Тишина.

Она даже не вздрогнула.

Просто смотрела.

Будто… не удивлена.

Будто… уже ожидала.

— Поняла, — сказала она тихо. — До завтра.

И ушла в подсобку.

Не хлопнула дверью. Не закричала. Не сцепилась.

Это было хуже.

^Лея

Я закрыла за собой дверь подсобки, прислонилась к ней спиной и только тогда выдохнула.

Сердце било в горле. Колотилось в ушах. Но руки не дрожали. Пока.

Уволена.

Чёрт бы тебя побрал, Роман. Серьёзно. Вот так? Даже не спросил как следует. Не попытался понять. Не…

Он не поверил. Не мне. Не моим глазам. Не ночам, что я сидела с этой чёртовой тетрадью и писала зимнее меню, обложившись кружками чая и сахарными крошками.

Я опустилась на корточки возле стеллажа, сжала кулаки. Не плакать. Ни за что.

Тетради нет. Меню нет.

Вероника.

Я бы поклялась… Явидела, как она мелькала около двери той ночью. Слишком поздно. Слишком тихо. Но я подумала — может, показалось.

Показалось, мать твою.

Я поднялась.

Достала блокнот.

Чистый.

— Ну что, Лея, — пробормотала я себе, — хочешь быть девочкой с характером?Будь. С характером. С пуншами, с супами, с горячим шоколадом на овсянке и специй — столько, чтоб мороз отплясывал чечётку.

Я выдохнула. Села на мешок муки. Достала ручку.

И начала писать. Сначала рецепты, потом описания, названия, прикидывать оформление.

Один лист — второй — третий.

Голова гудела, но что-то внутри будто включилось. Зачем я здесь? Почему я вообще в Хейвенридже? Потому что я выбираю себя. Потому что я не убегаю. И потому что если я дам этим уёбкам победить — я опять стану той Леей, которой была раньше.

А я больше не она.

— Ты серьёзно будешь это переписывать одна?— раздался голос за спиной, и я резко обернулась.

Кэсс стояла в дверях подсобки с двумя кружками кофе. За её спиной выглядывали Лайла и Дилан.

— А у меня есть выбор? — устало хмыкнула я.

— Конечно, есть. Мы, — она указала на себя пальцем, — с тобой.

— И мы, — вставил Дилан, уже втаскивая в подсобку стул, — только не проси меня разбираться в специях, я максимум различаю «остро» и «что это за хрень во рту».

Я фыркнула, даже не заметив, как губы дрогнули в настоящей улыбке.

— Мы с Кэсс можем продумать оформление карточек, — добавила Мэг, протягивая кофе, — Крис проверит ингредиенты по поставкам, ну и… Майло может держать ручку. Чтобы не убежала.

— Очень смешно, — буркнул тот, но уже открывал пустую тетрадь.

— Мы справимся, Лея, — серьёзно сказала Кэсс, присев рядом. — Но ты тоже должна знать — он не злой на тебя.

— Он сказал, что уволит меня.

— Он сказал это, потому что не спит хрен знает сколько, потому что Вероника трёт ему нервы, потому что Лив не в настроении, потому что в баре пробелы, и потому что он мужчина, который сначала хуйню морозит, а потом думает. Ну в принципе как все мужики.

Эрик, который до этого молчал, наконец заговорил:

— Он с утра на взводе. Даже кофе в себя заливал, как будто это была текила. Но когда он бесится — он боится. И да, ты тут теперь важная часть всей этой кухни. Так что заткни свою внутреннюю паникёршу и пиши дальше.

Я смотрела на них всех.

Этих полусумасшедших, уставших, но своих.

И как-то стало легче дышать.

— Хорошо, — кивнула я, втягивая воздух. — Тогда зимнее меню: томатный суп с чёрным перцем, какао с маршмеллоу и специями, тёплый салат с тыквой… и торт с глинтвейном.