Книга Не потеряй нас, страница 88 – Ульяна Романова

Она снова улыбнулась, озаряя мою тьму своей улыбкой. Я не знал, как у нее так получалось, но с ее появлением стал счастливее не только я. Даже отец и мама.

Яська, как суперклей, просто и играючи склеила мою семью заново, и швы не болели. Ныли немного, фантомно. Но не болели.

Только с ней я осознал, насколько мне не хватало семьи, как сильно я скучал по отцу и какой это кайф – просто болтать с ним по вечерам.

И теперь эта хрупкая девчонка снова рвет моишаблоны своей силой духа и упорством в достижении своей цели – стать матерью.

Наверное, и правда материнский инстинкт настолько силен, что мать готова ради своих детей на все. Она пройдет все испытания, перетерпит любую боль ради своего продолжения.

У меня было много времени подумать. Тогда, когда я сидел у ее постели, пока моя девочка спала под успокоительными и легкими снотворными, чтобы снять боль.

Я часами рассматривал ее бледное личико с подрагивающими во сне ресницами, и ловил все новые и новые ощущения. Умиление и что-то такое, от чего в груди все сжималось. Невыносимая нежность, восхищение, страх, все смешивалось в один коктейль.

Поженились мы там же, в палате. Я почему-то упрямо хотел, чтобы дети появились в браке, словно моя фамилия как-то может ей помочь, уберечь. Словно для моей семьи потерь уже достаточно, словно это будет оберег для нее.

Отец привел регистратора, мы подписали нужные документы, сдали паспорта, обменялись кольцами и ели ее любимый зеленый торт с киви.

Ее отец приезжал каждый день с новой женой и новой подружкой Яськи, Викой. Они с Викой часто о чем-то сплетничали, сидя вдвоем в палате, я же в это время уходил, радуясь, что у моей девочки появилась подруга.

Не встревал и не вмешивался.

К ней приходили Машка с Ратом – к ней и к моему отцу. Машка считала себя его должницей, да и моей немного, но все это глупость.

А Рат поддерживал меня. Мы и раньше с ним были приятелями, но в те времена стали друзьями. Мы понимали друг друга, оба познали животный страх потерять любимую женщину, и если Марат это уже прошел, то я только шагал по пути, усеянному битым стеклом.

Яська и здесь своим появлением умудрилась склеить отношения. Наверное, если бы не она, то я бы тогда не помог Машке, встретив ее на дороге плачущую. Не повез бы к отцу. Уже тогда я начал становиться мягче, пробуждая в себе человечность, а не желание крушить все вокруг.

До дня ее родов мы не жили. Мы существовали. С каждым днем ей становилось все больнее, отец – и я с ним – ставили на уши всю больницу, находили новых специалистов, искали пути решения проблемы.

А я стал читать. Брал у отца справочники по медицине, изучая ее диагноз, и через три недели уже не путался в понятиях и стал понимать врачебный язык.

Днем работал в сервисе с Ратом, а поночам штудировал литературу, упросив отца и санитаров поставить мне кровать в ее палате.

В тот вечер Яська уже спала, а я снова читал справочник по гинекологии. Как раз момент, где подробно описывали все пункты операции «кесарево сечение», когда вошел отец.

Заметив этот том, он хмыкнул и жестом попросил выйти. Я отложил книгу в сторону, кинул взгляд на Яську и тихо вышел, чтобы не разбудить мою девочку.

– Пойдем, поболтаем ко мне в кабинет? – предложил батя.

Я кивнул и пошел за ним. В кабинете на столе стояли два судочка с супом.