Книга Убийства на радио, страница 67 – Марина Серова

Но что, если это отвергнутый поклонник? Такой человек может испытывать сильные эмоции, такие как обида и гнев. Он может начать мстить, если его чувства не были взаимны.

Полковник Кононов привел очень показательный пример из своей практики, рассказав историю об успешном бизнесмене и его сотруднице. В случае же с Мирославой он может действовать более агрессивно, пытаясь запугать Мирославу или даже угрожая ей. Он может начать следить за ней, появляться в местах, где она бывает, и пытаться вызвать у нее чувство вины за то, что она его отвергла.

Также есть вариант преследователя. Им может быть человек, который одержим Мирославой, не понимая, что его внимание становится навязчивым. Он может звонить ей, отправлять сообщения, даже если она не отвечает, и пытаться выяснить, где она находится. Но об этом мне Мирослава точно рассказала бы. Такой человек может следить за объектом своей одержимости, наблюдая за ее повседневной жизнью. Он может считать, что его действия являются проявлением любви, хотя на самом деле это проявление насилия и нарушение личных границ.

В общем, все эти психотипы имеют свои особенности, и каждый из них может быть опасен. Мне необходимо выяснить у Мирославы, кто входит и входил в ее окружение, чтобы понять, кто может быть настоящим убийцей. Возможно, Мирослава замечала что-то странное в поведении людей вокруг себя. Может быть, у нее имеются какие-то подозрения.

Каждая деталь может оказаться очень важной в этом запутанном деле. И мне необходимо действовать быстро для того, чтобы предотвратить возможные новые преступления и защитить Мирославу. Но для этого нужно было определить, где же именно искать преступника, иначе распутывание этого дела могло сильно затормозиться.

На радиостанции я сразу приступила к расспросам.

— Мирослава, у меня к вам несколько вопросов, — сказала я. — Послушайте, Мирослава, преступник, который отнял жизнь у троих людей, на самом деле очень изощренный, хладнокровный и безжалостный убийца. Он все продумывает до мельчайших деталей, все тщательно планирует и не оставляет следов. Расследование осложняется еще и тем обстоятельством, что между преступлениями имеется достаточно большой временной промежуток. Да, признаюсь, что для меня пока не ясно, где искать этого убийцу. Но одно мне понятно: я привыкла все расследования доводить до конца. И на этот раз будет точно так же. Не в моих правилах останавливаться на полпути, как бы пафосно это ни звучало, — сказала я.

— Спасибо вам, Татьяна Александровна.

— Но вы должны мне помочь, Мирослава, — сказала я.

— Я? Но что я могу? Я ведь не обладаю необходимыми знаниями и умениями.

Лаврентьева недоуменно посмотрела на меня.

— Мирослава, послушайте, что я вам сейчас скажу. Убийца копирует вас, понимаете? Когда погибла Елизавета Стрункина, свидетельница видела девушку, выходившую из ее квартиры, и эта девушка была очень похожа на вас. Во время наезда на Екатерину Гребенкину за рулем скутера, который опять же как две капли воды похож на ваш скутер, сидела девушка или худощавый молодой человек. А возможно, что и девушка — сообщница преступника. В данном случае важна была идентичность не водителя скутера, а именно транспортного средства. И, наконец, во время убийства Иллариона Максимова вы находились в помещении радиостанции. Получается, что связующим звеном всех этих преступлений являетесь вы. Поэтому возникает вопрос: Мирослава, у вас имеются недруги? Причем очень серьезные недруги. Я бы даже употребила здесь более подходящее слово — враги?