Книга Шпилька. Дело Апреля, страница 1 – Гала Артанже

Понедельник в любом городе России явление капризное, с характером, как и положено настоящему понедельнику: тяжкий вздох отчаяния, недоумённый взгляд в календарь и немой вопрос к мирозданию: «Ну почему выходные так стремительно улетучиваются?»

Но для Софьи Васильевны Волковой, совладелицы детективного агентства с хитроумным названием «Шпилька», первый день недели традиционно превращался в ленивый джаз отдыха. Как говаривал Бунин: «Покой и воля – вот о чём поёт душа».

Бывшая учительница литературы, уйдя на пенсию, открыла агентство скорее для своего ученика Александра Данилина, чем для себя. Словно литературный редактор, правящий чужой, местами корявый текст, она вмешивалась в расследования лишь эпизодически из чистого любопытства и желания размять детективные косточки и мышцы, если дело пахло чем‑то необычным.

В своей маленькой двухкомнатной квартирке провинциального городишка Энск Софья Васильевна восседала за кухонным столом, философски препарируя гречневую кашу. Один глаз – в тарелке, другой – в традиционном утреннем кроссворде. В её годы, конечно, можно было позволить себе роскошный завтрак, например, булочку с корицей, но дисциплина фигуры, хоть и дремлющая, всё ещё изредка подавала признаки жизни. Хотя будем честны, фигура давно уже махнула рукой на изящество форм и ушла в самоволку на вольные просторы и сытные хлеба.

– Софья Васильевна, у нас пожар! Срочное дело! – взволнованный голос её помощницы Анны ворвался в тишину утра. – Я знаю, знаю, понедельник – ваш выходной, но Александр Николаевич уехал в Москву по делу писателя, а клиентка говорит, что у неё вопрос жизни и смерти!

Анна, как и полагается девушке её возраста, фонтанировала энергией молодого вулкана. Её мировоззрение выросло на сериалах, в которых главная героиня с правильно подобранной помадой непременно найдёт ключ к счастью.

Софья вздохнула, отставив тарелку.

«Клиент – это хорошо, – подумала она, – деньги за работу – ещё лучше. Хотя боюсь, это очередная пенсионерка, потерявшая кота, или торговка, подозревающая соседа в краже мешка картошки с её балкона».

Поворчав для приличия, она всё же собралась и отправилась в агентство.

Клиентка оказалась ухоженной дамой средних лет с губками, словно сошедшими с конвейера издательства молодёжного журнала.

«Нынче губы штампуют, как пирожкив пекарне», – мелькнула мысль, но привычную усмешку Софья сдержала.

– Софья Васильевна? – клиентка огляделась по сторонам, будто искала в углу скрытую камеру или пару оперативников в штатском. – Мне вас порекомендовали в салоне красоты «Шарм».

Ага, вот оно что! «Шарм» был тем местом, где можно услышать больше исповедей, чем в Ватикане. Пока клиенткам красили ногти или мазали лицо чудо‑кремами, те вываливали свои самые сокровенные тайны. И, видимо, кто‑то решил, что Софья Васильевна может помочь этой даме решить проблему. Сама Софья, кстати, была VIP‑клиенткой салона. Бесплатный пожизненный абонемент имелся у неё не за красивые глазки – заслужила своей первой детективной авантюрой.

– Внимательно слушаю вас, – кивнула Софья, подперев подбородок рукой.

Кулак под подбородком помогал скрыть ленивый зевок, потому что Софья уже поняла – будет или развод, или измена, или семейное проклятие.

– Мой муж… мне кажется, у него кто‑то есть, – начала клиентка, заламывая пальцы. – Он часто уходит вечерами, говорит: поздние встречи по работе… но я ему не верю! Он стал другим, задумчивым, отстранённым… Я хочу знать правду!