Книга Дочь Скупого Клопа, страница 70 – Дарья Донцова

Из прихожей донесся звонок.

— Открываю! — крикнула Марина.

Не прошло и пяти минут, как в офисе появился мужчина неопределенных лет. Кузьма не успел нам сообщить подробности биографии Бокова, но, глядя на высокого стройного человека, я подумала: похоже, он бывший спортсмен.

— Чем могу быть полезен детективам? — осведомился посетитель, усаживаясь у стола. — Не пью, не курю, не женат, детей нет, не привлекался, кредиты не беру, задолженностей по налогам нет. Со всех сторон чист.

— Спасибо, что приехали, — начал полковник, а потом без долгих прелюдий сразу приступил к нужной теме: — Вы провели детство в Екатинске?

— Да, — подтвердил наш гость, — отец там служил.

— Помните своих одноклассников?

— Не уверен, — отозвался Боков, почесывая щеку. — Понимаете, у меня не было времени на гулянки и общение, я спортом активно занимался. Отец, Сергей Николаевич, хотел, чтобы я поступил после десятилетки в военную академию. В те годы туда очень трудно было попасть, это престижное учебное заведение. Претензий к школе в Екатинске не имею, там работали хорошие педагоги. Но уровень преподавания — провинциальный, ниже, чем в столице. Приходилось заниматься с репетиторами в девятом-десятом классах. Но я не прошел туда, куда хотел мой отец. До двадцати одного года жил в Екатинске, отец не оставлял надежду увидеть меня военным.

— И куда в конечном итоге поступили? — осведомился Кузя.

— В институт физкультуры. В двадцать два года в Москве учиться начал.

— Интересно, — удивилась я. — А как же военная академия? Почему планы так резко поменялись?

Владимир Сергеевич приподнял правый уголок рта:

— Так это не моя была мечта. Отец хотел основать династию вояк, а у меня другое было в голове. Я плаванием занимался, побеждал на соревнованиях, хотел стать олимпийским чемпионом, потом тренером. — Боков улыбнулся, провел ладонью по волосам и продолжил: — А у отца своя задумка была: сын-генерал, на худой конец полковник. Я ему объяснил, что любой вуз, даже военная академия, с руками оторвет мастера спорта, мне надо только пару лет на соревнованиях побеждать. Отец замолчал, а как мне двадцать два стукнуло, он меня отправил в столицу. Я тете Лене, маминой сестре, признался, что вообще не хочу ближе чем на сто километров к вооруженным силам приближаться. Она меня поняла, посоветовала поступить в вуз, где тренеров готовят. Я старался как мог, получил диплом с отличием, с образованием все хорошо. А вот с отцом… — Наш гость кашлянул. — Он мое поведение посчитал предательством, оборвал все наши связи. Я его после отъезда из Екатинска больше не видел. Раз сын не военный, то он ему не сын.

— Жестко, — покачал головой Сеня.

— Этого следовало ожидать, — пожал плечами Владимир и опять кашлянул. — Но я ни на секунду не пожалел о своем решении. Олимпийским чемпионом не стал, но медалей и кубков у меня целая комната. Когда по возрасту ушел из спорта, открыл фитнес-клуб. Сейчас их у меня сеть. В деньгах не нуждаюсь.

— Значит, с отцом не помирились? — уточнила я.

— Не успел, — покачал головой Боков. — Пытался несколько раз мосты навести, но он упертый, трубку не брал. И сестра моя, Ирина, такая же. У нас с ней год разницы, она младше. По идее, должна была уважать меня, встать на сторону старшего брата, но увы. Отец Ирину обожал, никогда не наказывал, а мне часто доставалось ни за что.