Книга Пончиковый легион, страница 66 – Джо Р. Лансдейл

– На мой взгляд, все же чувство справедливости.

– Не знаю. Мне кажется, я чувствую в нем скрытую агрессию. Иногда боюсь, что он может убить кого-нибудь.

– Если он это сделает, значит, точно воздаст по заслугам.

– Возможно, да только тюремная камера или еще что похуже ему на пользу не пойдут. Знаешь, порой я задумываюсь, может, и во мне живет такая же агрессия. Вряд ли, конечно, но просто интересно. Подобное было с моим отцом. Он был прекрасным родителем, добрым, но я чувствовал нечто похожее в нем. Он умер от сердечного приступа, случившегося, по-моему, оттого, что он был зол на весь мир. И утихомирить его могла только моя мама. Когда он вдруг так заводился, она разговаривала с ним как с ребенком или как если бы успокаивала питбуля, которого спасла от жестокого обращения. В некотором смысле – насколько я слышал – она действительно спасла отца. Я не считаю, что человек должен завязывать отношения с другим исключительно с целью изменить его, сделать лучше, но в случае с мамой, думаю, именно этого она и добилась. По крайней мере, держала его на коротком поводке. Феликс в полном порядке, но иногда кто-то как будто снимает с него строгий ошейник.

– По мне, так и ты, и Феликс оба в полном порядке, – сказала Скрэппи. – Есть предложение сменить тему. Что предпримем дальше?

– Думаю, тебе следует бросить это дело.

– Если брошу – не напишу книгу.

– Если бросишь – останешься живой. Напишешь другую книгу. Для меня же это… понимаешь, это личное. Я должен выяснить, что стряслось с Мэг. Началось-то с того, что я только этого и хотел. Теперь же речь о том, чтобы раздавить тех уродов. Как и многие другие культы, этот стал опасным. Когда душами людей завладевает безумная вера, они готовы на любые безумные поступки.

– Несмотря на то что сказал Феликс, тебе не кажется, что Гоу-Гоу просто языком трепал?

– Совсем не кажется.

– Почему бы тогда не позвонить в полицию?

– Потому что Мэйтаун не похож на то место, где кого-то волнует, чем занимается секта. Некоторые из сотрудников полиции сами ее члены или же сочувствующие. Пока секта наполняет монетой и их карманы, они позволят всему идти своим чередом. Мальчишка вроде Кевина для них никто. Какой-то торчок, которого убили, возможно, во время наркосделки. Именно так все это убийство воспримут. Тем не менее, исходя из того, что мы знаем сейчас, возможно, власти увидят ситуацию иначе – если мы им расскажем. И потом, власти Мэйтауна – не единственные в мире. Есть и покруче.

– Из документов четко следует, что Ковбой управляет бизнесом, действуя на основании доверенности. Но он и его люди не имеют никакого отношения ни к Итану, ни к твоей бывшей жене. Прямого, во всяком случае.

– Иногда и кружной путь может привести к цели.

Скрэппи на мгновение задумалась над моими словами, а затем попросила:

– Расскажи о Мэг и Итане.

– Итана я толком и не знаю. Встречался пару раз. Мы не общались. А с Мэг мы достаточно хорошо ладим для бывших.

– И, как ты уже сказал, ты все еще неравнодушен к ней?

– Не совсем так я сказал. Ну… я не знаю. Знаю одно: я думаю о ней. Беспокоюсь за нее.

И, удивляясь самому себе, я рассказал Скрэппи о той ночи, когда увидел призрак Мэг. И призрак ее машины.

– Ты и вправду думаешь, что это была она?

– Даже не знаю. Порой меня беспокоит собственное состояние. Головные боли. Иногда мерещится всякое. Но то видение было особенным.