Книга Проклятье Хана, страница 14 – Марина Серова

Машина, которую он хотел обойти, затормозила. Из нее вышла девушка — высокая, в обтягивающих джинсах, с глазами, в которых пылала тихая ярость.

Она встала прямо перед капотом и громко, на весь пограничный пейзаж, заявила:

— Не пущу. Ты офонарел?! Мы стоим здесь ЧЕТЫРЕ ЧАСА! У меня ребенок дома, а ты… Ты что вообще себе позволяешь?!

Мужик за рулем попытался что-то буркнуть:

— Я твоя моя не понимай…

Но ей было все равно. Стояла, как Берлинская стена. Только в джинсах и с яростью на лице, способной закипятить воду в бачке.

Водители ожили. Кто-то хлопал, кто-то сигналил — эффект толпы, проснувшейся от анабиоза. Когда ее машина наконец добралась до нужной точки — девушка спокойно вернулась в салон, как будто разогнала утреннюю пробку магией.

— О, это ж Катька Янпольская, — оживилась Юлиана.

— Кто? — спросила я, пытаясь стряхнуть с себя восхищение.

— Журналистка. Мы одно время вместе в газете работали. Потом она в глянец ушла. В деловые журналы. Та еще штучка. Говорят, может создать бурю в стакане воды и утопить в нем весь отдел рекламы. Гений пиара. Лучше с ней не спорить — тихо закопает, молча помянет.

Очередь сдвинулась на пару метров.

Юлиана снова пошла в наступление:

— Ну ты все-таки скажи, зачем едешь. Я же тебе не враг.

— Я — себе враг, что поехала на автобусе, — сказала я и улыбнулась.

И снова посмотрела на шлагбаум впереди.

Аркальск, он же Уральск, ждал.

А с ним — Князев, проклятая карта и история, которая начинала пахнуть хуже, чем кофе Бутыловой.

Проехав границу на удивление быстро и без лишних хлопот, автобус покатил дальше. Пейзаж за окном начал меняться: вместо ровных полей попадались белые, словно покрытые снегом участки — меловые отложения, которых здесь немало. Растительность тоже стала другой — в степи ковыль колыхался волнами, мягкий и упорный одновременно. Он словно тянулся в бесконечность, создавая ощущение растянутого времени и спокойствия, но с легкой ноткой одинокого упрямства.

Дорога была на редкость ровной. Под монотонный рокот двигателя глаза сами собой закрывались. Даже Бутылова, казалось, утомилась и притихла, уткнувшись в телефон и клацая по кнопкам пальцами с обломанными ногтями.

Проснулась я от суеты в салоне — каждый норовил выйти первым, с сумками и пакетами.

Боже… неужели доехали? Путь из Тарасова в Аркальск занял около двенадцати часов. Да уж, еще то путешествие.

Уральск встретил летним дождем и свежим ветром.

Выйдя из автобуса, я окинула взглядом стоянку, выискивая нужную машину. С Айдаром мы договорились заранее — на автовокзале не светиться. Его потрепанный внедорожник стоял чуть поодаль. Рядом — высокий, худощавый мужчина в ветровке и классических брюках со стрелками — острыми, как лезвие.

Такое давно не встречала — все сплошь в джинсах. Подойдя ближе, отметила: не такой уж он и возрастной, как казалось издалека.

— Здравствуйте, Татьяна. Я Айдар, — сказал он, протягивая руку.

Я не успела ответить, как сбоку раздался знакомый голос:

— Ага! Вот ты к кому лыжи навострила! — радостно воскликнула Бутылова, подпрыгнув на месте. — Ну, привет, сосед! Подвезешь меня или как?

— Или как, — резко осадил ее Айдар. — Нам в другую сторону.

— Ну-ну, — хмыкнула она, щелкнула нас на память и, развернувшись, потопала к пассажирам, садившимся в вишневую «девятку». Видимо, решила стать им попутчицей.