Книга Проклятье Хана, страница 27 – Марина Серова

— Карта… — протянул Алексей и потер шею. — Ну и к черту мы ввязались.

— Кстати, о карте. — Я усмехнулась. — Бутылова заявила, что на подлинной при просвете должна проявиться надпись. Какая — не помнит, но знает, кто может подсказать. Некто Сазонов, коллекционер. Сейчас он в санатории под Кушумом.

Айдар с Алексеем переглянулись.

— Мы знаем этого старика, — сказал Айдар. — Раньше он жил в соседнем доме, но последние лет пятнадцать как перебрался за город. Он раньше у нас в музее консультантом работал. Чудак, но мозги у него будь здоров. Но с ним нужно быть очень осторожным, настоящий маньяк по артефактам.

— Тогда, может, пора нанести ему визит? — предложила я.

— Надо. Только сначала нужно собрать информацию о том, как и когда карта пропала из московского музея, а вот с этим нам может помочь только один человек — Катя Янпольская.

Знакомое имя, но где его слышала, так сразу и не вспомню. Ну да ладно.

— Вы тогда с Татьяной поезжайте, а я займусь поисками таксиста Тимура, — предложил Тепляков. — Не люблю я общаться с журиками.

На мой вопросительный взгляд он дал пояснительный ответ.

— Журиками мы называем журналистов, а Катерина журналист, как и Юлька, моя бывшая, — уже раздраженно сказал он.

Все понятно, итальянские страсти в семействе Тепляковых-Бутыловых и ненависть Алексея ко всем, кто является представителем СМИ.

Айдар прищурился:

— Думаешь, сначала стоит ехать с картой к Сазонову?

— Думаю, что у нас слишком много смертей вокруг одного пергамента. Если это просто старье — одно. А если настоящая карта… В проклятие я не верю, но кто-то за ней охотится всерьез. И игра идет не на деньги. На жизни.

Молчали. Потом Айдар кивнул:

— Надо ехать к Кате, а потом решим, что делать.

— Пока все указывает на одно: эта история не просто криминал. Это чей-то сценарий. Только вот режиссер в тени, — добавила я.

Я встала, глядя в окно. В Уральске уже пылился полдень. И было ощущение, что мы в самом начале чего-то большого. Очень большого.

Пока Айдар и Алексей заканчивали поздний завтрак, я поднялась к себе и решила позвонить Мельникову. Короткие гудки быстро оборвались. Странно. Практически сразу Андрей перезвонил в «телегу».

— Привет, путешественница, — бодро ответил он. — Ты забыла, что находишься в роуминге или внезапно разбогатела и можешь позволить платить доллар за минуту разговора.

Я слышала ироничный настрой своего бывшего однокурсника, значит, есть хорошие новости.

— И тебе доброе утро. Если честно, как-то и не подумала об этом, — ответила я. — Есть новости?

— Есть, водитель пришел в себя и смог подтвердить, что действительно приехал в сауну с дамой, которая и вызвала его. Сказала, что, мол, поругались с братом, приехал сюда на юбилей к ней, а сам загулял с дружками, а у него сердце. Надо его из сауны забрать. Ему нужно было ехать в Казахстан, там родители старенькие волнуются.

Я мысленно прокручивала информацию и старалась сразу сопоставлять факты. Что-то уже не сходилось.

— Когда они приехали к посту в сауне, женщина подсказала фамилию и номер домика, — продолжил рапортовать Мельников. — Но к самому домику они не подъехали, остановились поодаль. Так попросила пассажирка, сказала, что выждет время, не хотела скандала и попросила подождать ее, обещала все оплатить. Сама стояла под окнами, словно выжидала чего-то.