Книга Проклятье Хана, страница 29 – Марина Серова

— И что это за задачи, о которых вы так громко молчите?

— В двух словах это не объяснишь, а у нас с тобой встреча назначена. Вечером все соберемся, и увидишь своего Князева целым и невредимым, — сказал нетерпеливо Айдар, открывая передо мной входную дверь.

Походу, ребята, вы берега попутали.

— Нет уж, стоп. — Я села на пуфик в ожидании объяснений.

— Ох эти женщины, — простонал Тепляков.

— Вы пригласили меня приехать в чужую страну, куда я ехала в кошмарном автобусе с истеричной Бутыловой, а теперь вы предлагаете мне двигаться вслепую? Ну, ребята, я в такие игры не играю. — Я демонстративно встала. — Либо выкладываете всю информацию, либо чешите к свиньям собачим.

Молча выслушав мою тираду, Айдар со вздохом присел на подоконник у вешалки.

— Извини, Таня, мы действительно повели себя как полные придурки, — виновато сказал он. — Иван находится здесь, в моем доме, и колдует над моим компьютером, пытается подключиться к своему серваку, находящемуся в его доме, чтобы видеть, что там происходит. Твой рассказ про Ирину и Упорова в его доме сильно его задел.

Опомнился, как же.

— Выходить ему из дома нельзя, так пусть хоть полезным делом займется, — резюмировал Тепляков. — Поверь, мы действительно не думали, что это так важно для тебя.

— Типичная мужская логика. Сами решили, сами постановили, — фыркнула я. — Хорошо, едем, только впредь свои мужские заморочки прошу оглашать, иначе гребитесь сами.

Только выйдя из дома, я смогла выдохнуть — надо немного успокоиться, прежде чем сяду в машину. Во дворе стояла невыносимая жара: мне показалось, что если поставить на землю сковородку, то можно печь блины.

Тепляков уже развернул свою машину и уехал на встречу с загадочным Тимуром. А нам предстояла встреча с очередным журиком, как сказал Айдар.

— Скажи, а кто вообще такая эта Янпольская? — спросила я у Айдара, который усиленно протирал лобовое стекло своего четырехколесного друга.

— Журналистка. Не твоя весовая категория, конечно, но зубастая. Несколько раз вела судебные репортажи, я тогда выступал в роли комментатора. Потом как-то зацепились разговорами про охоту — ее муж, кстати, заядлый рыбак и охотник. Я с ними пересекался не раз, особенно на открытии охотничьего сезона. Я ведь не просто криминалист, я тоже любитель охоты и рыбалки. Обычно с моим российским коллегой из Тарасова Гариком Папазяном выезжали на отдых в лесные угодья. Да, может, ты его и знаешь?

Я подалась вперед:

— Гарик? Гарик Папазян?! Конечно, знаю. Он же сейчас ведет дело Князева вместе с Мельниковым!

Айдар кивнул, довольный моей реакцией:

— Ну вот. А Катя — умная, цепкая, очень деликатная. К тому же у нее дочь — Ева. Она работает в Москве в одном из музеев, как раз по линии внутренней безопасности и инвентаризации коллекций.

— То есть ты предлагаешь что? Поехать к Кате в редакцию?

— Нет, домой. Просто в гости. Мы с ней на «ты», она всегда рада компании.

— Думаешь, она сможет проверить подлинность по телефону? — не унималась я.

— Нет. Это не ее профиль. Но она может выяснить, не значилась ли карта в базе похищенных артефактов. Вдруг она давно числится пропавшей? Или наоборот — недавно исчезла. Это даст нам понимание, откуда ноги растут.

— И, возможно, кто мог иметь к ней доступ… — кивнула я. — Хорошо. Но никаких слов «проклятие» при разговоре. Мы и так выглядим как четыре идиота, поверивших в страшилки.