Онлайн книга «Детектив к зиме»
|
Обдумав положение, он двинулся к соседнему дому, где жил местный агротехник Лыков. Усадьба Клочкова стояла на отшибе, и понятие «соседний дом» было весьма относительным — топать до него пришлось с четверть часа. Лыков колол дрова. Мускулистый, не старый еще мужик без натуги взмахивал топором, и березовые поленья разлетались в стороны, стукаясь о ступеньки крыльца, скамью и стволы росших во дворе вишен. Клочкова Лыков уважал и поприветствовал его почтительно. Пожал руку, спросил, как дела, как здоровье. Николай Петрович не стал плакаться в жилетку и расписывать свои болячки — не для того пришел. Ответил лаконично, что дела идут более-менее, а здоровье… В почтенном возрасте оно не бывает идеальным, но пока что, хвала небесам, все не так скверно. Перешел к главному. Спросил, не видел ли Лыков сегодня в первой половине дня кого-нибудь стороннего в поселке. Может, машина грузовая приезжала или там фура. Про вертолет спрашивать не стал — это было уже за гранью реальности. Лыков подумал и сказал, что видел только фургон, который привозил продукты в сельмаг. Ну и почтовую машину. А еще рейсовый автобус. — Нет, не то… — Клочков отмахнулся. — А возле усадьбы моей никто не ходил? — Я в ту сторону не глядел, — признался Лыков и показал на разбросанные поленья. — Дровами с утра занимаюсь. — Он забеспокоился: — А что? Воры к вам залезли? Украли что-нибудь? Кражи в поселке были явлением обыденным. До открытых грабежей, правда, не доходило, но стоило хозяевам отлучиться куда-нибудь и оставить дом без присмотра, как воришки моментально брали его на заметку. Случалось так, что приехавшие после отлучки владельцы заставали дверь взломанной, а свое имущество изрядно поредевшим. — Нет. Наоборот… — Николай Петрович осекся, не решился сказать про свалившийся невесть откуда шифер. Перевел на другое: — А вчера вечером на озере видел чего? На этот вопрос Лыков ответил утвердительно. Видел какой-то огонь и слышал дудение. Впрочем, его дом стоял достаточно далеко от озера, отсюда не было такого обзора, как из окон клочковской дачи. Звуки долетали слабо, поэтому Лыков не придал им значения. Каникулы же. Пацанва балуется, бенгальские огни жжет, шумит — так каждый год бывает. Нет резона бегать и проверять, кто там озорует. Не дом же горел и не хлев… Николай Петрович не спорил. Он все больше укреплялся во мнении, что в этой из ряда вон выходящей истории куда ни двинься — везде попадешь в тупик. Ни единого достоверного свидетельства, слова или факта, за которые можно было бы поручиться. Не отличишь ложь от правды и вымысел от действительности. В таких случаях мать говаривала: леший дразнится. Но леший — он в лесу. А кто и для чего дразнит Клочкова в его наследных стенах, поди разбери. Николай Петрович прекратил расспросы, попрощался с Лыковым и пошел к себе. Сосед напоследок дал ему тот же совет, что и фельдшерица: сходить к врачу, провериться. — Видок у вас неважнецкий, не обессудьте, — вымолвил Лыков участливо. — Подлечиться не помешает. Однако Клочковым, хоть он и сам каких-то полчаса назад строил аналогичные планы, овладела вдруг клейкая, отупляющая апатия. В больницу? Да… наверное… когда-нибудь потом, попозже. Это ж надо в город ехать, трястись в автобусе, очередь к врачу высиживать. Еще и направлений ворох выпишут, по всяким рентген-кабинетам загоняют. Суета сует… |