Онлайн книга «Двуликая правда»
|
– Так и есть, – подтвердил Марк. – И я винил ее все эти годы, не мог простить. Да и как простить человека, который ни в чем не раскаивается, а наоборот – счастлив в своей новой жизни? – Чуть прищурившись, он смотрел на бликующую гладь спокойной реки. – Но недавно я смог взглянуть на себя со стороны. И понял, что сам был идиотом… – Почему? – Когда ты родилась, твоя мама ушла в декрет. А спустя три года и вовсе уволилась: я тогда уже зарабатывал приличные деньги и в ее работе не было никакой нужды. Целыми днями она сидела с тобой дома и скучала. Ей не хватало моего внимания, ведь я закрылся в своем кабинете и писал очередной роман. Если бы я вовремя разглядел это… Но я ничего не видел дальше экрана своего ноутбука. Марк горько усмехнулся. Сколько лет ему потребовалось, чтобы понять: он сам разрушил свою жизнь, а потом уполз в однокомнатную нору зализывать раны. Жалеть себя и упрекать других. Тогда, сразу после развода, он не мог даже смотреть на Лизу – настолько она напоминала ему Марго. Расставшись с ней, он как будто оторвал кусок от своего сердца, и понадобилось некоторое время, чтобы свежая рана затянулась. И Марк предоставил бывшей жене право воспитывать дочь, читать ей нотации и ругать за проступки. Сам же предпочел удобную роль воскресного доброго папы, который дарит игрушки и водит дочку в кино или парк аттракционов. Они веселились и придумывали на ходу маленькие истории, понятные лишь им двоим: то он всемогущий волшебник, то мудрый король, то огнедышащий дракон, своим дыханием отогревающий ее ледяные после мороженого ладошки. Лиза смеялась и сразу включалась в игру: «Папа, ты самый доблый длакон, а я плинцесса. Злая колдунья замолозила меня, а ты лазмолось!» Но их встречи становились все реже. Марго настраивала Лизу против него, и дочка правда замерзла: все чаще называла его по имени, восторгалась отчимом и стеснялась своего настоящего отца-неудачника… Хорошо, что она вообще согласилась с ним встретиться, несмотря на материнские запреты. Какое-то время Лиза молчала, глядя на проплывающих мимо уток. Потом посмотрела на Марка: – Я не знала, что все было так сложно… Он кивнул: – Да, быть взрослым порой нелегко. – У тебя была депрессия? – серьезно спросила она. Марк ненадолго задумался. – Если депрессия – это когда у тебя болит жизнь, то значит, да, была. – И ты все еще злишься на маму? Он пожал плечами. – Уже нет. Мне кажется, я простил ее. А вот она меня вряд ли… Лиза доела мороженое, и Марк взял в свои ладони ее прохладные пальцы. – Мышонок, послушай, – начал он, подбирая слова, однако все они казались бессмысленными и пустыми. Как же сложно сказать человеку, которому так мало дал, как сильно ты его любишь… – Я понимаю твою маму. Все эти годы я был не слишком-то хорошим отцом… Но я очень хочу им стать, пусть и с опозданием на десять лет. Ведь ты – самое дорогое, что есть в моей жизни. – Он улыбнулся. – Моя маленькая озябшая принцесса. Лиза замерла, а потом рассмеялась: – Так ты помнишь нашу сказку?! – Она вдруг потянулась к Марку и крепко его обняла. – Все же ты клевый, пап! Мой дракон Хаку… – пробормотала Лиза ему в шею. Марк прижал дочь к себе, зарылся в пушистые пшеничные пряди. В носу противно защипало. Да, он не мог вернуться в прошлое и изменить его. Но мог наконец примириться с ним, чтобы жить настоящим. |