Онлайн книга «DARKER: Бесы и черти»
|
Савин наклонился и осторожно поднял мобильник, будто картинка на экране могла вновь поменяться в любую секунду. Быстрым шагом вышел в прихожую, не глядя в сторону кухни. Надел ветровку, кроссовки. Из-за спины, разметав в клочья сонную тишину, раздался грохот разбитого кинескопа. По полу пробежала дрожь, как от подземного толчка. Савин не стал оборачиваться. Он выскочил на крыльцо в хмурый день, запер дверь за собой и только тогда понял, какие мрак и удушье царят в доме. Свет, хоть солнце и пряталось за облаками, давил на глаза. Голова кружилась от свежего воздуха, словно до этого приходилось все время задерживать дыхание. Тропинка вдоль запущенного огорода размякла. Во дворе под подошвами хлюпала грязь. Шифер на крыше выглядел как мягкий, распухший от влаги картон. Машина стояла в ограде. Савин выдвинул ржавый засов и широко распахнул ворота. Полез в карманы куртки. Сломанная сигарета, полпачки орбита, портмоне, служебная ксива… «Где ключи? Оставил в замке по пьяни?» Попробовал открыть дверь. Заперто. Значит, в доме забыл. Может, выронил по дороге? Или их забрали… – Сука! На улице вновь начал накрапывать дождь. Капли падали на ветровое стекло, скользили вниз – к капоту. «Ставлю на эту! Она первой докатится», – эхом долетел голос из прошлого. «А ты, Сава? Ты на какую поставишь?» На несколько секунд Савин перенесся в детство, в салон дедовского «москвича». Впереди пыльная приборка и костлявый руль без оплетки. Рядом разинул пасть бардачок. Под задницей рваное жесткое сиденье. Нос щекочут запахи солидола и ржавчины. Снаружи машет ветвями черемуха. Еще пару недель, и можно рвать ягоды. «Сава, – повторяет Коля с пассажирского места, – я выиграл. Ха-ха!» Воспоминания растаяли, будто дворники смахнули с лобового грязный снег. Тюль неподвижно висел в окнах старого дома. Вот сейчас чья-то рука уберет занавеску, поманит за собой. Савин осмотрелся, поднял с земли осколок кирпича и разбил боковое стекло. Пронзительно завопила сирена сигнализации. Распахнул дверь, полез рукой в бардачок. «Макаров» словно сам прыгнул в ладонь и прижался к ней шершавыми щечками. Тут же нашлась недопитая чекушка коньяка. Артур проверил обойму, посидел в салоне немного, слушая, как разбиваются о стекло капли дождя. За воротами из яра выглядывали и тихо качали кронами деревья.Холмы набегали волнами на степь. Вдали между черных туч сверкнула красная молния. Савин дождался грома, двумя глотками опорожнил бутылку и выбрался из машины. Часть 2. Погреб – Гулливер жил в этом доме до дедушки, – рассказывал Артур. Они с Колей сидели напротив старой стиральной машины, в баке которой варилась каша для свиней, и смотрели в огонь. – Он был нелюдимый. Жил один, даже собак и кошек не держал и ни с кем в деревне не общался. А выглядел как Распутин. Помнишь, я тебе фотографию в книге показывал? Ну вот, Гулливер был точь-в-точь Распутин: лохматый, бледный, бородатый и с черными глазами, только выше ростом – настоящий великан! Говорят, он легко мог дотянуться до баскетбольного кольца на школьной площадке. А если очень надо, то сделаться еще длиннее… В деревне все дети и даже взрослые боялись Гулливера. Он был кем-то вроде колдуна. Ты слышал, наверное, такой стишок: Длинноногий Гулливер Папу, маму, брата съел. Ночью ходит на погост, Кости гложет, словно пес. |