Онлайн книга «DARKER: Бесы и черти»
|
– Ладно, ведмедь, твоя взяла! Зацени-ка! Часы. Тяжеленные, тускло-желтые. Мишка до этого золото видел только на куполе церкви, но там оно было светлым и радостным, а тут – угрюмым каким-то. Настоящим и очень с виду дорогим. – Мы с Кутенком их у Калгана свистнули, вот и бесится теперь! Я не фраер, я Стоха! Меня уважать надо! – Дуб ты дубовый… – выдохнул Мишка и под ноги сплюнул, хоть не на улице. – Ты ему нос утереть хотел? Каторжанину лютому? Который детишек насильничает и потрошит?! – Не ссы… Кхм… Бояться не надо, короче. Клад без золота не возьмешь, заговоренный он! – Тоже дядька израненный рассказал? Илиприснилось? – Откудова знаешь?! – Стоха вытаращил глаза, конопатое личико сделалось таким забавным, что у Мишки вся злость прошла. – Ниоткудова. Просто так спросил. Мы, значит, снов твоих обсмотрелись, друг ситный? За снами по городу шаримся, ради снов нас и резать будут, когда поймают? Как хочешь, а я ухожу. Пару мгновений казалось, что Стоха кинется в драку, но он вдруг упал на колени. Натурально, уставился снизу вверх, даже руки сложил в покаянном жесте: – Мишаня, браток, ну не пори ты горячку! Дело верное, зуб даю! Это ж не сны, это ж всё как явь, и Прохвессор теперь подтвердил! Я и дом этот помню, бывал на той улице… Ну не справиться мне одному! Мелкий я! Народишко тут – оторви да выбрось, спиной ни к кому не повернешься, а ты ж не такой, Мишаня, ты настоящий! Вроде слова незатейливые, а у Мишки внутри потеплело. Ближе к сердцу, где таилась сейчас чудесная вещица, напоминала, что есть и другая жизнь, даже сейчас никуда не исчезнувшая. Красиво одетые добрые люди, вкусные запахи, музыка, танцы. Друзья и братья, которые не предадут. – Ладно, уболтал, – сказал сурово, чтобы улыбку спрятать. – Гуртом и батьку бить сподручней, тут ты прав. Сходим в тот дом, хоть и толку не будет. Сказочник твой бродяга. В деревне таких навалом, что каждую вторую бабу в ведьмы записывают! Смитавесон при мне останется, после верну. – Сказочник или нет, а город знает. Из интилихенции! Стоха взглянул с сожалением на револьвер, исчезающий под Мишкиным зипуном, отвернулся даже. Начал возиться с бутылью и керосинкой. – Даже если сыскали Кутенка и про клад уже знают, не найти его просто так Калгану, – пробурчал, не оборачиваясь. – Прохвессор теперь в нору забьется, а нам надо сразу идти, прям щас. Подержи-ка, лампу заправлю. Раньше Мишка этой мелочи щелбан отвесил бы, а теперь вдруг послушался – взял бутыль и наклонил над керосинкой. Потекла маслянистая жидкость, в нос шибануло резкой вонью, зато хоть кровью и кишками перестало тянуть. Родная изба расплылась, наконец исчезла. Керосин стирает жир, а смитавесон сотрет навсегда из памяти бандитов со свиными пятаками. Пусть только встретятся! Дом Бирге оказался нестрашным – снаружи. Желтый, о двух всего этажах, без всяких там заголенных баб и мужиков на стенах, как любят здесь строить. Окна задернуты шторами. Если кто и живет, то наружу неторопится. – И как мы в подвал заберемся? – Проще простого, ведмедище! По-воровски! Баре туда не ходят, а черный ход запирают так себе. Не обманул – обошли по соседней улице, сиганули через ограду, дальше были только узкий проход, заваленный хламом, и дверь. Перекосившаяся, скрипучая, без замка. Из подвала в лицо потянуло сыростью и чем-то еще. Очень поганым. Мишка порадовался, что давно не ел, – блеванул бы запросто сейчас. |