Книга Самая страшная книга 2026, страница 206 – Индира Искендер, Дмитрий Лопухов, Алексей Гибер, и др.

И игра началась.

В этот раз Егор ходил первым. Даже не глядя на то, что кидает, бросил какую-то карту. Зуб ответил другой, продолжая буравить его взглядом.

– Он пришел за мной. Тогда, – произнес бездыханно. – Мертвоволк. Я действительно проиграл. И он пришел.

Егор не ответил. Попытался сосредоточиться на игре – изображения плыли и смазывались, превращаясь в непонятную кашу из космоволков, перестрелок и тьмы.

– Скоро ты все поймешь, – продолжал Зуб, бросая на лавочку испачканную в крови карту. – Ты ведь купил журнал. Ты ведь знаешь, что не можешь уйти без ответов. Ты ведь знаешь, что луна внутренностей сильнее. Ее зовсильнее. Ты ведь знаешь, что время пришло.

Егор продолжал бессистемно кидать карты одну за другой, отвечая на атаки Зуба и атакуя сам. Пытался прочесть что-то в багровом освещении луны – и только сейчас заметил, что луна уже действительно не обычная луна, а луна внутренностей, что зов ее все ближе и красный больной свет накрыл город, озаряя все вокруг, вернул Зуба к жизни ради реванша, а теперь зовет его, Егора, к себе, в свои бордовые пучины, готовая принять его, сделать его частью себя, таким же космоволком, которому повезло стать единым со столь прекрасным спутником далекой транзитной галактики.

– Ты победил, – негромко произнес Зуб. – Ты доказал, что достоин. Ты – часть луны внутренностей, часть корабля.

Егора тошнило. Мертвый Зуб ухмылялся, едва шевеля бледным разодранным лицом:

– Ты готов колонизировать ее. Готов узнать все ее секреты. Осталось лишь совсем немного. Я расскажу, что делать.

И Зуб наклонился к Егору, зашептав ему на ухо самое важное.

– Ч-что ты такое? – Белоклык, не в силах пошевелиться, наблюдал, как Серохвост бурлит и извивается, изламывая свои конечности под всевозможными углами. Он по-пластунски подполз к нему, но Белоклык опомнился и направил на бывшего товарища прицел бластера. – Назад! Назад! Я убью тебя, слышишь? – И выстрелил.

Жахнуло. Ярко-зеленая вспышка на секунду осветила отсек, плюнула целебным посреди багрового моря, но так же быстро затухла. Белоклык в ужасе смотрел, как ополовиненная морда Серохвоста мгновенно зарастает, оборачиваясь узлом созвездий-соединений.

– Отойди от меня! – Белоклык стал отступать назад, но споткнулся и упал. Бластер отлетел в сторону. – Слышишь?! Прочь!

– Ка-а-апитан! – промурлыкало существо, некогда бывшее Серохвостом. – Вы гото-овы. Кома-а-нда со-обрана. Оглянитесь – ра-а-зве вы не видите? Как может ра-а-аботать ава-а-рийное освещение, если кора-а-абль обесточен?

И Белоклык увидел. Увидел, что все погибшие товарищи уже давно ждут его указаний, став единым организмом. Увидел, что луна внутренностей заполонила собой все иллюминаторы. Увидел, что она уже давно проникла внутрь корабля, проникла внутрь его головы и теперь поселилась в его глазах. Почувствовал, как шевелится что-то внутри него.

– Н-не… – прохрипел Белоклык, чувствуя, как что-то застряло в горле.

Резко порвалась шея – из нее показались еще одни, его, лапы. Тело деформировалось, изгибалось во все стороны, из спины вырастали новые кости, сухожилия, мышцы. Хвост свернулся в клубок, выгнулся, расщепился на несколько частей. Глаза лопнули, но места в орбитах сразу же заняли новые, полностью черные, как космическая бездонная тьма.