Онлайн книга «Самая страшная книга 2026»
|
Вдоль дальнего забора кралась рыжая кошка. И, хотя кралась она по земле, белые «чулочки» на ее лапках ничуть не запачкались. – Эй! Эй ты! – позвал Барсик. Но кошка лишь дернула ухом: не мешай, мол. Приглядевшись как следует, Барсик понял, что Кошка не просто крадется – она охотится. В двух прыжках от нее в траве скакал мелкий воробей. Крутил башкой, пил из лужи и не замечал грациозную хищницу, подобравшуюся совсем близко. Прыжок – и птица забилась в зубах у Кошки. Одно движение челюстей, и птица затихла. «Умер. Превратился в булку!» Кошка хлестнула хвостом, бросила победоносный взгляд на Барсика и просочилась сквозь щель в заборе. – Подожди! – крикнул он и побежал за ней. Но куда там комнатному увальню угнаться за деревенской кошкой! Ткнувшись в щель в заборе, Барсик наполовину пролез, но застрял. Пришлось искать другой путь. Кое-как запрыгнул на забор, но, не удержав равновесия, плюхнулся в траву. Затаился – во дворе пахло железисто, тревожно. Тревога проникала сквозь ноздри, будоражила сознание. Неизвестно почему, выгнулись плечи, хвост хлестал по траве, а Барсик пополз вперед, еще не видя добычи. До его слуха донесся лепет, а затем громкий «тюк»! Лепет стихал, но вскоре возобновлялся – до следующего удара. Подобравшись ближе, Барсик разобрал слова: – Возьми меня на лужок, лужок, где пахнет травой! Я хороший, хороший лужок для хорошего меня! Ай, ушки! Ушки потерпят, а я попаду на лужок! Лужок, где совсем-совсем не больно! Пока больно! Ушки-ушки! Как же бол… «Тюк!» – топор опустился на шею кролика; умелая рука смела обезглавленную тушку в тазик и потянулась за следующим, а лопочущую литанию подхватывали сородичи казненного в клетке, похожей на переноску Барсика. По его шкуре пробежала дрожь – вот она, смерть? Неужели и эти существа, сидя в переноске, думали, что едут к ветеринару, а на деле – лишались головы и ложились на дно таза? За мыслями Барсик не сразу заметил, что желудок скрутило судорожным голодом. Стоило острой железяке коснуться шеи кролика, как те начинали пахнуть едой. Софой, Стариком… Голова последнего кролика покинула насиженное место, задние лапки задрыгались, будто в попытке сбежать. Достав нож, Бородач – а это был именно он, его жуткую, пропитанную кровью и чужим страхом, вонь нельзя было ни с чем спутать – вытащил кролика из таза, шлепнул его обратно на деревянную колоду и принялся сдирать шкуру. Не моргая, Барсик смотрел, как маленькое шерстяное существо выворачивается наизнанку, превращаясь вовсе не в булку, а в сырое мясо. Кишки, подобно мусору, отправляются в ведро, мягкая шкурка ложится рядом, а все, что осталось – безголовая освежеванная тушка, – отправляется обратно в таз. А Бородач тянется за следующей… Вдруг тот задел таз, и тушки посыпались наземь. Одна голова, подпрыгнув, шлепнулась прямо перед Барсиком. Закатившийся глаз глядел в небо, губа обнажала торчащие зубки – словно зверек что-то унюхал. Возможно, самого Барсика. Созерцая самое странное в своей жизни зрелище, Барсик не сразу заметил, как над ним нависла тень Бородача. Тот громыхнул что-то, хохотнул и потянулся к нему. – Мявк! – запротестовал Барсик, но Бородач не слушал. Барсик попытался было ударить его лапой, выпустив когти, чего не позволял себе с самого детства – Хозяйка быстро отучила, обрызгивая водой из шипящей бутылки. Бородач не испугался, шлепнул Барсика по загривку, после с силой прижал к земле. Вот уже второй раз за этот день его взяли за шкирку, отчего все конечности будто отнялись, и на вытянутой руке понесли. Осознав, что его тащат к той самой колоде, Барсик принялся сражаться за жизнь. Задергался, хотел укусить, оцарапать, но Бородач лишь встряхнул его и продолжил идти. |