Книга Самая страшная книга 2026, страница 55 – Индира Искендер, Дмитрий Лопухов, Алексей Гибер, и др.

– Бери ты. Мне бы чё поменьше. Все тело ломит. – И тут его осенило. – Так, Вить. А ты чем это проволоку порезал?

– А вот.

Витька нагнулся у кресла и подобрал с пола рыжеватый от ржавчины, но еще пригодный тесачок с самодельной ручкой. Подкинул на ладони и ловко поймал, красуясь.

– В шкафу торчал. Режет хреновато, но сойдет.

Андрей прикрыл глаза, глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Та-а-а-к. Так.

– То есть у тебя были тесак и фомка. Да?

– Ага!

– Но ты, Витя, выбрал бобра.

Напарник помрачнел. Мельком покосился на мертвую бабу и свое шерстистое оружие. Но ничего не ответил.

Андрей примирительно хлопнул его по плечу и взял-таки тесачок.

– Удивительный ты человек, Витя. Исключительный. Но за то и уважаю. Пошли.

Выдвинулись к выходу: Витька впереди, подсвечивая дорогу фонариком и с ломиком наперевес, Андрей плелся за ним, стараясь не грохнуться и с трудом передвигая заплетающиеся ноги. Его до сих пор тошнило, но чуть меньше, уже успел немного свыкнуться. Боль в башке на фоне всего остального тоже померкла и теперь не сильно доставала. Но в целом Андрей описал бы свое состояние так: упасть и больше не вставать. Никогда.

Однако с «упасть» лучше подождать, это он понимал. До тех пор, пока не доберутся до более подходящей локации.

В коридоре третьего этажа мрак навалился чернильной тучей. Если бы не фонарик – пошли бы на ощупь. Андрей покрепче сжал в кулаке рукоятку тесачка, хотя сильно сомневался, что в таком неважном здравии сумел бы побороть и ребенка. Но вооруженным – как-то веселее. Спокойнее.

Когда добрались до лестницы, притормозили и прислушались. Андрею в уши долбился пульс, так что он смутно воспринимал звуки, но Витька уверенно заявил, что в доме тишина.

Андрей в ответ фыркнул:

– Спрятался, что ли, старый? В засаду ушел? Или таки из дома свалил?

– Да пусть прячется. Нам бы до машины доползти.

– У тебя же лом в руках, тебе чего бояться? А он ветхий, как мумия.

– Да кто его знает. И видеть его не хочу.

Они спустились этажом ниже, осторожно выглядывая из-за углов и осматривая каждый особо темный закоулочек. Мусора здесь не наблюдалось – похоже, старый Порошин заваливал своим творчеством только нижнюю часть дома. Комнаты проверять не стали – что бы там ни пряталось, дела им до того не было.

Выход на первый этаж плотно перегородили туго набитые старые мешки, от которых несло соломой и пылью. Андрей вспомнил: он видел их, когда искали Порошина, но даже не подумал, что за ними скрывается лестница. Просто не стал лезть, и все, – явно же не дед там забаррикадировался.

Теперь вдвоем с Витькой они быстро развалили мешки (больше трудился водила, аккуратно приставив ломик к стенке, а Андрей чаще охал и приседал на ступеньки).

Когда проход наконец расчистили, наверху что-то глухо бахнуло. Витька с резвостью ниндзя схватился за фомку:

– Это еще чё?!

– Чучело слона упало. Давай двигай, ждать не будем, что бы там ни прыгало.

Теперь уж на мусор наплевали и перли напролом. Андрея подмывало заглянуть на кухню, проверить, не там ли окопался дед, но передумал – ну их всех к чертовой бабушке. Руки, понятно, чешутся хорошенько так огреть старого ломиком по макушке, да возиться неохота. И потом – а вдруг у него там еще одна такая «жинка» в запасе?

В мозгу всплыли картинки недавно пережитого – кожа пошла пупырышками, живот сжало холодом. Нет уж. Дудки. Второго такого раза он не перенесет.