Книга 19 студентов, 14 дней и Керженец, или Блогер в щучьей пасти, страница 50 – Мария Рутницкая

Так что сейчас, я уверена, у всех в голове кипят мысли и рождаются идеи. Просто в плавках никто завтра появиться не рискнет. Или хотя бы будет придумано шикарное объяснение этому решению.

Нас же, осчастливленных персональными ролями, Милена приглашает отойти в сторонку. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что на творческую тайну никто не посягает, нам начинают объяснять завтрашний сценарий. Ну что могу сказать? Масштаб действия мы все оценили.

Каждому был выдан листок с текстом. К счастью, не слишком большим. Благородно разрешили читать с бумажки. Хотя, конечно, предпочтительнее выучить. Все отправляются изучать полученное.

После ужина собираемся на репетицию. Отходим от лагеря подальше и ставим Фрэнка на стреме.

— Охраняй! — даю команду своему рыжему другу.

Теперь, если кто-то окажется поблизости,даже если это будет знакомый ему человек, пес своим лаем предупредит нас.

Репетиция проходит под непрекращающийся хохот. Милка — молодец!

Более-менее освоив свои действия, собираемся возвращаться. Народ выдвигается по направлению стоянки, а меня Корсакова попросила задержаться.

— Слушай, — видно было, что девушка слегка не в своей тарелке от непривычной роли, — знаешь, я не люблю встревать, когда не просят, но…

Она как-то так подозрительно мнется, что я начинаю всерьез волноваться.

— Мил, не тяни кота за хвост, — прошу я дрогнувшим голосом.

— Ты права, — она решительно расправляет плечи и серьезно смотрит мне в глаза, — в общем, учти, что Инка всерьез нацелилась на Глеба, а ты портишь ей всю игру.

Я задумчиво киваю. Что делать в этой ситуации — ума не приложу.

— Она девушка упорная и проигрывать не привыкла, — продолжает между тем Милена. — И помощники у нее найдутся. Она вчера весь вечер с Ромкой о чем-то шепталась. А Ромка ей всю учебу в рот смотрит — ведь ее папочка ему протекцию обещал по окончании универа оказать.

Таких подробностей я, конечно, не знала, но к информации отнеслась серьезно. Чурин тот еще придурок.

— В общем, будь осторожна. — Мила ободряюще сжимает мою руку. — А еще лучше, расскажи все Глебу. Если у вас не просто флирт, то он должен знать и принять меры.

Ох, тут тоже все так не просто! Если бы я могла доверять ему на все сто… Но — чего нет, того нет. Благодарю одногруппницу и смотрю ей вслед, пока она не скрывается за деревьями. Мне есть о чем подумать.

Однако подумать мне не удалось. Сначала мешали галдящие однокурсники, обсуждающие завтрашний день и свое участие в нем. А когда я все-таки добралась до палатки, вырубилась, едва положив голову. Слишком уж насыщенный день получился.

Солнышко светит. Ветерок дует. Красота. А я злюсь. Причем злюсь с самого утра и с каждой минутой все больше.

А казалось бы, ничего не предвещало. Проснувшись в хорошем настроении и в предвкушении праздника, мы с Фрэнком выползли из палатки. И сразу же наткнулись на Пашку, который, как оказалось, терпеливо ждал нашего пробуждения.

— Ну, наконец-то, Зотова. Я уж думал, ты в зимнюю спячку решила впасть, — встречают меня ехидные слова друга.

Недоуменно смотрю на парня.

— Паш, а что случилось? — осторожно спрашиваю, судорожно пытаясь вспомнить, договаривались ли мы на сегодня о чем-нибудь.

Память молчит, а Пашкин взгляд становится все более укоризненным.