Книга Хранители Братства, страница 19 – Дональд Уэстлейк

– Кое-какие солнечные лучи все же проглядывают сквозь тучи, – сказал брат Декстер. – Когда я сказал тому сотруднику ДИМП, Сноупсу, что брат Бенедикт поддерживает связь с Адой Луизой Хакстебл, он заверил…

– Брат Декстер! – воскликнул я. Я был шокирован до глубины души.

Брат Декстер одарил меня кристально-чистым взглядом истинного софиста и сказал:

– Ты же читал ее колонку, не так ли? Писал ей? Если это не связь, то хотел бы я узнать – что тогда связь?

Брат Клеменс нетерпеливо постучал по столу:

– Оставим это разбирательство до прихода отца Банцолини, брат Декстер. Так в чем же этот представитель ДИМП заверил тебя, после того, как ты упомянул мисс Хакстебл?

– Что компания Дворфмана приложит все усилия, чтобы помочь нам найти приемлемое новое помещение, – сказал брат Декстер, – а также они согласны покрыть расходы на переезд.

– Солнечные лучи? – Голос брата Оливера повысился почти до писка. – Ты называешь это солнечными лучами? Как может быть приемлемым новое помещение? Раз помещение новое – это не приемлемо! Оглянись вокруг, просто осмотри хотя бы одну эту комнату – где на лике земли Божьей мы найдем ее подобие?

– Нигде, – поспешно согласился брат Декстер.

– И давайте не забывать о проблеме Странствия, – сказал вдруг брат Иларий. – Процесс переезда, перемещение навсегда не только себя, но всех своих вещей из точки А в точку Б – является глубочайшей формой Странствия.

– Это просто невозможно, – сказал брат Оливер. – Чем больше размышляешь над этим, тем яснее видишь, что мы просто не можем покинуть наш монастырь.

– Но что, если его снесут? – сказал брат Иларий.

– Мы не должны этого допустить, и это все, что нужно знать. – Брат Оливер, по-видимому, взял себя в руки, отошел от края бездны отчаяния и был полон решимости дать отпор. – В чаще твоих «не совсем» я кажется различаю одно древо, – сказал он брату Декстеру. – Земля обещана Дворфману или ДИМП, или как там эти пешки Сатаны себя называют, но до января владелец земли – Дэниел Флэттери.

– Формально, – сказал брат Декстер, – да.

– Этого для меня вполне достаточно, – сказал брат Оливер. – Сегодня вечером я продолжу поиски пропавшего договора аренды, хотя не представляю, какие еще закоулки осталось обыскать, а завтра я отправлюсь в Странствие.

Все мы уставились на аббата.

– В Странствие? – переспросил брат Иларий, – Вы, брат Оливер?

– На Лонг-Айленд, – сказал брат Оливер. – в поместье Флэттери. Дэниел Флэттери постеснялся сказать мне всю правду в телефонном разговоре. Возможно, при встрече лицом к лицу я смогу обратить это стеснение в искренний стыд, и тем самым положу конец этой сделке.

– Если предварительное соглашение уже подписано, – сказал брат Клеменс, – то я не знаю, что тут можно поделать.

– Я мало что знаю о богачах, – сказал брат Оливер, – но одна из немногих вещей, в которых я уверен: они разбогатели, научившись нарушать свои обещания. Если Дэниел Флэттери захочетотменить это соглашение – он его отменит.

Слегка улыбаясь, брат Клеменс заметил:

– Вспоминая, как я работал на Уолл-стрит, должен признать, что доля истины в этом есть.

– Хотите, мы пойдем с вами? – сказал брат Декстер. – Вам не стоит отправляться в Странствие одному.

– Я бы и сам предпочел взять попутчика, – признался брат Оливер, но с сомнением оглядел собравшихся и продолжил: – Но если я приду с бывшим банкиром или бывшим юристом, то мы вполне можем опуститься до уровня деловых переговоров, в то время, как я намерен добиться эффекта старого доброго католического чувства вины.