Онлайн книга «Хранители Братства»
|
А я был виновен больше всех. Знаю, это нелепо, но так оно и было. Хотя не я предал нас Флэттери, именно я принес дурные вести, и я чувствовал себя ответственным за их последствия. Сидя после ужина в своей комнате, вслушиваясь в тягостную тишину вокруг, я искренне жалел, что не оставил свои выводы при себе. Этой ночью я почти не спал. Если б мне не приходилось думать о дилемме отца Банцолини, если б мне не приходилось думать о дилемме Эйлин Флэттери, если б мне не приходилось думать о своем будущем, и если б мне не приходилось думать о надвигающемся сносе монастыря, то был еще этот проклятый предатель, затесавшийся среди нас, о котором пришлось бы думать. «Проклятый» в теологическом смысле. О, в очень даже теологическом. *** – Брат Оливер, – обратился я к аббату на следующее утро. Он тоже выглядел не выспавшимся, с затуманенными глазами; хорошо понимаю, как он себя чувствовал. Брат Оливер сидел на своем трехногом табурете перед своей последней «Мадонной с Младенцем», но с пустыми руками и полуотвернувшись от картины, размышляя о чем-то. Услышав меня, он прищурился, глядя на меня в растрачиваемом впустую холодном и ясном зимнем свете, вздохнул и сказал: – Да, брат Бенедикт? По его тону казалось, что спрашивает: какие ужасные вести я принес ему на этот раз? – Могу ли я получить ваше разрешение, брат Оливер, отправиться в Странствие? – спросил я. Это слегка привлекло его внимание. – В Странствие? – Я много думал об этом минувшей ночью, – сказал я, и аббат сочувственно вздохнул. – Считаю, я несу ответственность за то, что сейчас чувствуют все остальные. Ведь это я сказал всем, что один из нас… – О, нет, брат, – прервал меня брат Оливер. Поднявшись с табурета, он положил руку мне на плечо. – Ты не должен винить себя, брат. Ты просто указал нам на то, что было очевидно для всех. Мне самому следовало сообразить, но это так… – Он сделал безвольный жест, завершая предложение. – Да, я понимаю, – сказал я. – Но все же хочу что-то сделать, чтобы загладить свою вину. – Здесь нечего заглаживать, брат. – Я хочу сделать все, что в моих силах, – настаивал я. Аббат снова вздохнул – Хорошо. И что же ты собираешься предпринять? – Я снова встречусь с Эйлин Флэттери. Брат Оливер отпрянул в изумлении. – Встретишься с ней? Зачем? – Думаю, когда мы встречались в прошлый раз, она говорила мне правду, – сказал я. – Я не верю, что она такая же двуличная, как ее брат и отец. Возможно, она и правда попробует помочь нам, если поверит, что ее отец неправ. – Помочь нам? Как она сможет помочь? – Не знаю, – признался я. – Но, если я приду к ней, если расскажу о том, что сотворил ее брат, то смогу привлечь ее на нашу сторону. По крайней мере я могу попытаться. Брат Оливер задумался. – А как насчет… твоих собственных затруднений, брат? – В этих обстоятельствах, – сказал я, – я уверен, что смогу их преодолеть. Аббат вновь потрепал меня по плечу. – Благословляю тебя, брат Бенедикт, – сказал он. – Получай мое разрешение и мою благодарность. *** К этому времени я уже поднаторел в Странствиях и мог считаться практически опытным путешественником. Хотя я впервые вышел за пределы стен монастыря сам по себе, я уверенно шагал по 51-й улице, почти не испытывая тревоги. Я без происшествий добрался до Пенсильванского вокзала, нашел платформу железнодорожной ветки Лонг-Айленда и почти сразу сел на поезд до Сейвилла. |