Книга Завещание свергнутой королевы, страница 38 – Ольга Володарская

Подозрительный!

На следующий день Аскеров поехал в Орехово-Зуево. Послонялся возле дома Красноперова. Соседи, заметив его, доложили, что Борис давно тут не живет. Как на пенсию вышел, квартиру сдал, а сам на даче. Где она находится, не знают, но уверены, что недалеко, потому что вещи он перевозил не на грузовике, а на своей «Ниве» частями.

Ни с чем Яша вернулся в Москву. Сидя в баре гостиницы, принял решение забыть о Борисе Борисовиче. Он — не Эдуард Львович. Глупо предполагать, что такой человек, как Мазур, чудом оказавшийся на воле, стал бы влачить жалкое существование заурядного пенсионера. Богатым он не был, но денежки у тестя водились. А значит, и заначки.

«Мне нужно с кем-то поговорить об этом! — мысленно возопил Яша. — Иначе я с ума сойду!»

В Москве у него были старые приятели. Со многими он поддерживал связь, а с одним, еще институтским товарищем, несколько раз пересекался в Европе. Тот всегда звонил, если собирался в отпуск, и предлагал встретиться. Вместе они побывали на Октоберфесте в Мюнхене, прокатились на яхте вдоль Лазурного Берега, сходили на игру «Барсы». Институтский друг пару дней гостил у Яши в Вене и всегда звал его к себе. Но тот хотел держаться от Москвы подальше…

И вот он тут! А друг живет где-то рядом, но не с ним Якову хотелось говорить о Мазуре. Он ничего не знал о той трагедии, в результате которой погибла его жена, а зять отделался лишь шрамом и ночными кошмарами. Темными тайнами своей супружеской жизни Аскеров ни с кем не делился. О них знал лишь один человек — Белла Григорьевна. И только она ненавидела Эдуарда Петровича больше, чем Яша.

— Еще виски? — обратился к нему бармен. Аскеров не заметил, как опустошил стакан.

— Жвачку и бутылку воды.

Закинув в рот мятную пластинку и подхватив бутылку, Яша спустился с барного стула и достал телефон, чтобы вызвать такси. Адрес он до сих пор помнил.

Стянув с головы полотенце, Варя опасливо посмотрелась в зеркало. Надеясь на лучшее, она по новообретенной привычке все же готовилась к худшему.

— Что скажешь? — спросила у нее Арина, посиживающая на краю ванны в ожидании вердикта.

— Вроде неплохо, — неуверенно протянула та.

— Неплохо? Да просто шикарно! — Сорок минут назад подруга выкрасила отросшие волосы Вари в холодно-бежевый цвет. — Выглядишь стильно, по-московски.

Лучше комплимента нельзя было придумать, и Варя наконец улыбнулась.

— Не думала я, что мне пойдут светлые волосы.

— А я всегда знала, что тебе необходимо уходить от темного шоколада. Этот цвет тебя простил. — Она встала и взялась за фен со словами: — Сейчас высушим волосы, и станет еще лучше смотреться.

Парикмахерские процедуры они проделывали в квартире Беллы Григорьевны. До этого наводили в ней порядок, но управились только с кухней.

— Хорошо, что не к спеху, — пыхтела Ари, утирая пот со лба. Она взяла на себя самое сложное: удаление застарелых жирных пятен со всех поверхностей. — В противном случае пришлось бы нанимать клининг, потому что ты у меня единственная подруга, которая не боится грязной работы.

— Плохо то, что я с ней справляюсь не ахти как.

— Не наговаривай на себя.

— Раковину терла, терла, а она все равно желтая.

— Поржавела, что поделать. Но это ничего, впоследствии сменю. Пока же буду довольствоваться имеющейся обстановкой.