Книга Без мозгов, страница 52 – Оксана Иванова-Неверова

– Сева, – громко позвал Конь, поворачиваясь по кругу перед вольером. – Давай спокойно поговорим!

Спокойно?! Я притворился ветошью. Спину что-то пребольно кололо, но я закусил губу и терпел.

– А вот и обувка. Понюхай-ка! – Надо полагать, Конь сунул собаке под нос оброненную мной кроссовку. – Ищи, Рада!

Рада пронзительно гавкнула, тяжёлые лапы протопали куда-то вглубь помещения. Вслед зашаркали ботинки Коня.

Кроссовка! Она ищет мою первую кроссовку, с которой так и не успела поиграть. Сколько секунд у меня есть? Семь? Пять? Я нащупал то, что кололо мне в лопатки – обгрызенный мосол – увесистый, как дубина. С проворством пещерного человека я выкатился из будки и со всего размаху влупил костью по стеклу ближайшего окошка.

Звон, лай, конский рык… Я едва успел спрятать ладони в рукава куртки, чтобы не пораниться об осколки в раме.

Итак, я оказался на улице. В носках, изрезанной куртке, с собакой за спиной.

Бежать было бесполезно. Без обуви я и от Коня-то далеко не убежал бы. А уж от собаки… Конь не станет проталкивать свою Раду в окно – испугается битого стекла. Сердобольность Михи в отношении дорогих ему существ я уже изучил. И знал, что сам таким существом не являюсь. Я был уверен: минуту спустя Миха выведет Раду через дверь, которую я не смог найти. И мне придёт хана.

Я должен залезть куда-нибудь, где смогу держать оборону. Очень быстро залезть. Потому что вопреки всем фильмам, где жертва удирает, не чувствуя холода и голода, я чувствовал ВСЁ. Ноги промокли и болели, затылок гудел, лоб саднило, хотелось пить. Пить!

Что-то глухо заскрежетало внутри дома. Надо понимать, Конь и пёс достигли двери. Я застонал и полез. Обратно в подвал.

Ведь это было логично, правда? Я приземлился босыми ногами на какой-то мусор и взвыл. Но без воя, исключительно кишками. Они, кстати, хотели воды.

Хромая на обе ноги, максимально поджимая пальцы, я скоренько проковылял к деревянным загородкам. Пахнуло пылью и гнилью. Сладеньким, разлагающимся картофанчиком. Пить его нельзя.

Когда на улице залаяла собака, я увидел приваренную к стене металлическую лестницу. Поджав ножку, как фламинго, я повертел клювом и оценил ситуацию.

У разбитого мной окна надрывалась Рада. Наверное, пыталась объяснить Коню, что следы жертвы никуда не ведут. Жертва в это время скакала с жёрдочки на жёрдочку в надежде как-нибудь пробить потолок и оказаться в одной из квартир первого этажа.

Сейчас Конь сообразит, что я прячусь где-то в подвале, поскольку не обладаю способностью к телепортации. Я поднажал и упёрся головой в люк. Что-то затрещало. Кажется, мой череп.

Я нащупал банку, и меня неприятно удивила её лёгкость. Какие изменения я мог пропустить на приливе адреналина? Запретив себе паниковать, я ещё раз применил многострадальную голову по назначению. Есть! Щель расширилась. Скрежеща зубами, я наконец откинул крышку.

Вокруг я не смотрел. Сначала выполз, затем вернул крышку люка на место. Практически бесшумно – с наружной стороны на ней была ручка. У стены стояли коробки с книгами. Из последних сил я затолкал их на люк и только после этого выдохнул. Чтобы снова вдохнуть пересохшим ртом и страдальчески сглотнуть слюну, которой не было. Даже слизистая внутри носа казалась мне потрескавшейся пустыней.