Книга Госпожа Чудо-Юдо, страница 125 – Эя Фаль

…скорость пролистывания замедляется, и вот уже индрик с ужасом смотрит на грубую физиономию самой уродливой разумной твари во всём Млечном Пути – центаврита. Я узнаю их наконец – не только те же зубастые рожи, что привиделись в моем полусне-полувоспоминании, но и то, к какой расе они принадлежат.

К той единственной, что избрала космическое пиратство образом жизни на государственном уровне и потому негласно признана Содружеством в качестве террористической организации. Но центавритам плевать на это. Они давно покинули неблагополучную родину – адскую экзопланету Центавра-Глиезе, – и превратились в кочевников бескрайнего космоса. Их пасти полны заостренных зубов, а мозги – жажды насилия и адреналина. Это раса генетических социопатов, и примитивное право сильнейшего – единственный закон, который они чтят.

Следы лазерных ожогов покрывают всю физиономию центаврита – прямое доказательство того, что его бугристая коричневая кожа способна вполне благополучно переносить воздействие высоких температур и перепадов давления. В галанете даже ходят слухи, что эти монстры способны выходить без защиты в открытый космос. Правда, ненадолго, максимум на пару часов.

У его ног ничком лежит хрупкое женское тело, и на мгновение меня настигает ужасное чувство дежавю: это уже было… мама, мамочка… не показывай мне это… пожалуйста…

И звонкое эхо мальчишеского голоса озвучивает мои страдания:

– Мама!!! Нет! Не-е-ет! Я убью тебя, тварь!

Центаврит смотрит на мальчика с издевательским любопытством, затем кивает кому-то за его спиной… и другой его сородич-монстр тащит за собой маленькую Уллу, намотав ее длинные иссиня-черные, как у отца, волосы на кулак.

Не раздумывая, Тэймин бросается на захватчика, но мелькнувшая за его спиной мощная рука убийцы перехватывает его за воротник рубахи и заставляет болтаться в воздухе, как рыбу на крючке. Но мальчик не сдается. Он сжимает руки в кулаки и пристально смотрит на того, кто держит его сестрёнку за волосы.

– А-а-р-хр-р!.. – рычит тот, выпуская девочку и хватаясь за голову.

Индрик съеживается сильнее. Он чувствует, как нарастает ментальное давление в комнате. Ещё немного – и мозги закипят у всех, кроме диниту. Но кому есть дело до маленького испуганного индрика, когда решаются вопросы жизни и смерти двуногих разумных?

Раздается громкий щелчок взведённого оружия и на лбу дрожащей Уллы появляется красная лазерная точка.

– Вырубай свои фокусы, щ-щенок! – рычит первый центаврит и сильно встряхивает мальчика, которого так и держит за шкирку в воздухе. – Иначе сеструху твою хорошенечко прожарим! И сожрём на твоих глазах с кишками и косточками!

Тэймин слишком юн и неопытен, чтобы противостоять космическим пиратам, с детства закалённым в такого рода ситуациях. Индрик чувствует его смятение и растерянность.

Затем ментальное давление слабеет.

– А ну-кась, Каш, надень на динитошку нашего дикого намордничек! – с ласковой издёвкой шипит центаврит. – А то кусачий больно!

Его товарищ, чей разум был только что атакован Тэймином, мстительно оскаливается, извлекает из наплечной сумки знакомую маску из черной органики и делает широкий шаг вперёд.

– Весёлой дрессировки тебе, гадёныш!

Задыхаясь, я усилием воли вынырнула из воспоминаний индрика. Тело больше не казалось ни окоченевшим, ни мерзнущим. Оно горело огнем от лихорадочного тока крови по жилам. Сердце бухало в груди, а по лицу градом катились крупные капли пота.