Книга Госпожа Чудо-Юдо, страница 122 – Эя Фаль

Грай наблюдал за моими извиваниями и медленными подводными прыжками с откровенным мужским интересом. Ну да, а какой мужик не порадуется зрелищу раздевающейся перед ним девушки?

До меня всё ещё доносились обрывки его непроизвольных мыслей в ореоле чувственной жадности, с которой он представлял мое тело соблазнительно вышагивающим из воды на берег… на мысленном слайде с этой фантазией телохранитель судорожно сглотнул и приоткрыл рот. Его чертовски волновала мысль о наличии на моей груди молочных желез и то, как они выглядят без одежды. А вот до пупка ему было фиолетово.

Хмыкнув про себя, я скомкала комбинезон и тяжёлым мокрым снарядом запустила в Грая.

– Лови! И сушиться повесь где-нибудь.

Мне казалось, что он спокойно поймает скрученную тряпку, но вместо этого с изумлением увидела, как она со смачным «шмяк» врезается ему в лицо и сползает вниз, оставив на груди и штанах длинный влажный след.

Смутившись от такого итога безобидной шалости, я отвернулась и подошла ближе к скале, чтобы защититься от ветра. Полную неподвижность в таких условиях сохранять было сложно – океан отрывал ноги от дна и покачивал туда-сюда. Однако через полчаса я более-менее приспособилась.

За неимением явной пищи для размышлений, память подкинула волнующий образ раба в черной маске. Ничего привлекательного в истощенной фигуре, конечно, не было, но эти его глаза-звёзды… Их взгляд завораживал даже через уродливый черный материал.

Вот бы увидеть его ещё раз.

Понять, не Тэймин ли это? Не тот ли похищенный сын полномочного посла Диниту?

Неподвижное стояние в холодной воде здорово прочищало мозги в первый час. Я снова обдумала все риски и последствия своих действий, а затем приняла твердое решение – как только слетаю на спутник-курорт и проверю следы портала, то вне зависимости от результатов сообщу Гойриу Деллу все свои подозрения насчёт рабов в черных масках. И будь что будет.

Усталость и неприятные ощущения начали нарастать к исходу первого часа. Ноги начало сводить от неподвижности. А до рассвета впереди было ещё часа три, не меньше.

Сиреневый отблеск тигарденского спутника уже поблек, и темнота сгустилась, провоцируя рост всех подсознательных страхов, что таились у меня в голове.

Несколько раз неподалеку сильно и неестественнорезко плеснуло, отчего у меня душа ушла в пятки.

А затем моего плеча что-то коснулось.

К горлу подкатил испуганный вскрик, но сжатые зубы превратили его в невнятное бульканье. А тело одеревенело настолько, что премудрый Бойре, несомненно, поставил бы моей неподвижности в первом пробном испытании высшую оценку.

Я настороженно вглядывалась в темные перекаты волн, силясь разглядеть хоть что-нибудь. Что-то извивалось на воде…

Неужто морская змея?

Очень странная змея, держащая переднюю часть туловища вертикально. Она плавала вокруг меня кругами, словно не решаясь вступить в контакт, и тем самым давала возможность рассмотреть себя.

Памятуя о том, что при встрече с малоизученным типом животных лучшая тактика – безынициативная пассивность, я продолжала хранить неподвижность. И была вознаграждена за терпение скорым пониманием, что пресмыкающимися тут, к счастью, и не пахнет.

Очень уж характерным у «змеи» оказался… хобот.

– Индрик? – удивлённо прошептала я.

Это был точно он. Я улавливала его мягкие, бархатно-нежные мыслеформы в серебристой дымке и понимала, что своей невинной энергетической красотой они кого-то серьезно напоминают. Красочная глубина эмоций завораживала. Индрик мыслил не словами, а цельными образами.