Книга Госпожа Чудо-Юдо, страница 88 – Эя Фаль

При встрече космозонки бросали на меня быстрые холодные взгляды, после чего невозмутимо следовали дальше по своим делам, эффектно покачивая высокими длинными хвостамина макушке и притягивая взгляд безупречными осанками.

После пятого или шестого поворота молчаливый проводник вывел меня в просторный круглый тупик-эркер. Справа от прозрачной стены-окна обнаружились двустворчатые двери, перед которыми сгруппировалось несколько женщин в ярких нарядах и с высокими сложными причёсками, совершенно не свойственными космозонкам.

– Ваша иммигрантская группа, – соизволил пояснить «глухой дворецкий». – Ожидайте приглашения.

Иммигрантки – всего их я насчитала пять, – обернулись и с любопытством уставились на меня.

Большинство оказалось выходцами с Земли, за исключением одной рептилоидной дамы, которая обрядилась в чешуйчатый космозонговский костюм и лучилась довольством. К слову говоря, такой стиль вполне сочетался с безволосой серой кожей, лысой головой и глубоким взглядом огромных миндалевидных глаз над плоским носом.

Три мои соотечественницы обладали броским стилем и повадками стопроцентных БДСМ-доминанток, и только одна земная иммигрантка казалась невесть как затесавшейся среди волчиц крошечкой-хаврошечкой в будничном платьице, вроде моего. И внешность у нее была под стать – посредственно приятная низкорослая шатенка с короткими вьющимися волосами.

Мы обменялись сдержанными приветствиями ясной сингулярности, но только хаврошечка послала мне по-настоящему приветливую улыбку. Остальные поглядывали с прохладцей… и в первую очередь почему-то досталось кружевной шали – возможно, из-за нежно-романтического фасона, не слишком уместного в агрессивном женском обществе Тигардена-2.

У ног каждой иммигрантки, за исключением кудрявой хаврошечки и меня самой, сидел смазливый мускулистый раб… на красиво сверкающей цепочке, пристегнутой к ошейнику. Как охранный пёс.

В смущении я вспомнила о том, что пригласительный регламент вроде бы содержал упоминание-рекомендацию о том, что в гости и на аудиенции принято ходить в сопровождении минимум одного раба. Но передвигаться с брутальными мужчинами на хвосте было мне настолько непривычно, что просто вылетело из головы.

Внезапно рядом со входом в зал для аудиенций распахнулась неприметная серая дверца, полностью сливавшаяся до этого момента цветом и рельефом со стеной.

– Уважаемые госпожи-иммигрантки, – с акульей улыбкой провозгласила выглянувшая оттуда космозонка, – заходим по одной в порядке прибытия. ГоспожаСсучо, вы первая, прошу вас.

И снова исчезла, втянувшись за дверь, как черепаха в панцирь.

Рептилоидная дама расправила плечи и вошла в двустворчатые двери, а остальные принялись формировать очередь. Как последняя прибывшая, я оказалась в самом конце за «крошечкой-хаврошечкой».

Она оглянулась и с жалобной ноткой, выдающей желание найти подругу по несчастью, спросила тихо с подкупающей фамильярностью:

– Давно здесь? Меня зовут Катёна, а тебя?

– Гайя, – охотно поддержала я беседу. – Третий день как приехала.

– А я тут уже три месяца. Так тоскливо одной на чужой планете, – посетовала Катёна с детской доверительностью. – Да ещё и эти непривычные местные обычаи… Я не хотела сюда переезжать, но выбора не было.

Хаврошечка была так мила в своей простодушной откровенности, что я почувствовала к ней непроизвольное участие, словно к робкой младшей сестрёнке.