Книга Господин Чудо-Юдо, страница 76 – Эя Фаль

Он перебросил связку новеньких хозяйских браслетов Хрыку и кивнул, а оставшийся – очевидно контролирующий ошейник Задаки, – поднес к своему идентификационному и сказал:

– Рабыня Краснуха. Новый владелец – Каш. Зафиксировать идентификацию голоса. Перенести данные контроллера в основную базу.

– Голосовая идентификация подтверждена, – отозвался электронный бот нежным женским голосом. – Данные зафиксированы. База обновлена. Поздравляю с новым приобретением,господин Каш.

– Отлично, – проворчал тот. – Ну погнали! Краснуха, контроль тела! Топай за мной и не дергайся, а главное – держи свою пасть захлопнутой. А то терпение не иридиевое, знаешь ли.

Лицо Муй Задаки исказилось от ненависти, но тело исправно зашагало за первым хозяином в ее жизни. Правда, движения были рвано-деревянные, выдавая напряжённое внутреннее сопротивление.

Дождавшись, когда их главный выйдет, центаврит Хрык крутанул на пальцах три оставшихся браслета и окинул нас оценивающим взглядом, чуть задержав его на гордо молчавшей Маре Танн. Она словно статую из себя изображала – холодную, неприступную, с безукоризненной осанкой. Я поймала странную картинку в его сознании: хлыст, взметнувшийся над голой мужской спиной и высокий каблук, опасно играющий своим кончиком в расщелине между ягодиц.

То ли у меня лицо как-то по-особенному вытянулось, выдавая недоумение, то ли Хрык почуял, что со мной не все так просто... во всяком случае уродливая рожа центаврита злобно скривилась и выплюнула:

– А ну шагом марш за подружкой! И пошевеливайтесь, если не хотите передвигаться так же, как она! Мы вас, сучки, научим, как правильно себя вести..!

Мы вскочили с пола и послушно отправились по указанному направлению. Даже Ядхе Цин демонстрировала готовность к сотрудничеству, хотя, быть может, это было следствие ее не слишком осознанного состояния.

Ещё некоторое время Хрык топал позади, непрестанно сыпя угрозами, а я размышляла, с чего он скатился в состояние такой неприкрытой агрессии. Ведь никто из нас не сопротивлялся. А третий центаврит вообще пребывал в дзене глубокого пофигизма... разве что нашим видом сзади наслаждался вволю, вот и все эмоции.

Через круглый стыковочный люк мы перешли из космозонгского катерка-перевозчика в центавритскую быстроходную «иглу», которая была печально известна в Содружестве своими исключительно высокими параметрами антивизуала. Проще говоря, этот миниатюрный пиратский транспорт умел становиться невидимым на всех физических и энергетических уровнях – во всяком случае, для живого зрения и радаров ЗССР уж точно.

Особо осмотреться не удалось – после недолгого шествия по узкому серому коридору нас завернули в большую каюту, разделенную на несколько внутренних тесных отсеков с перегородками. Очевидно каюта предназначаласьнепосредственно для перевозки живого товара, поскольку каждый отсек был оборудован крошечным сантехническим уголком с утилитазом и питьевым шлангом, подключенным к общей системе водоснабжения. Из стены торчала откидная койка без постельного белья, но с ремнями безопасности.

Нас развели по отсекам и пристегнули ошейники к тонким прочным цепям, являющим собой ещё один обязательный атрибут рабской каюты, вмонтированный прямо в пол с помощью толстого стального кольца.

А затем наконец-то центавриты ушли, оставив нас одних. Мы с Марой помалкивали, не желая беседовать при Ядхе Цин, а последняя, судя по шороху и скрипу, устроилась на кушетке и начала странно дышать, постукивая зубами. Мелко и поверхностно, как будто у нее был жуткий озноб.