Книга Целители не лечат, страница 82 – Мия Ловиз

Чёрт, никак не могу понять, как в таком теле уживаются недюжая выносливость, огромный магический запас и нежное женское очарование. Забавно наблюдать, как она пытается сдуть отросшую чёлку, а та снова падает и смешно морщит носик.

— Кстати… — неожиданно бросила она, закусывая нижнюю губу.

Ох, Снежинка, я бы на твоём месте так не делал в моём присутствии! Это же настоящая провокация!

Едва смог оторвать взгляд от губ и посмотреть ей в глаза.

— Кто победил вчера?

— Сложно сказать наверняка, — ухмыльнулся я, наслаждаясь её реакцией. Дождался хмурого взгляда и продолжил: — Ни ты, ни Риан не могли бы называться единственными победителями. А вот, если правильно помню… Роналия. Да, та блондинка явно выиграла — и игру, и свидание.

Не смог удержать самодовольной улыбки: всё сложилось просто превосходно.

— Вот и отлично! — Александра, начала застилать постель, которая явно впитала за ночь её запах. — Спасибо, что приютил, но мне пора — на завтрак. Дойду сама. Даю тебе официальный выходной на сегодня.

Ага, как же. Ты так просто от меня не избавишься!

Позже я стоял в дверях столовой и наблюдал — будто это спектакль, где я уже выучил все реплики, но всё равно смотрел с особым вниманием. Она двигалась легко, как будто мир был для неё калейдоскопом — чем ярче цвет, тем охотнее она в него ныряла. В такие моменты внутри меня что-то ёрзало — тёплая, противная дрожь, от которой я всегда отмахивался как от назойливой мухи. Но она возвращалась снова и снова.

Так было с тех пор, как в зал для церемоний вошла эта новенькая блондинка с цепким взглядом и обворожительной улыбкой. Было в коридоре возле библиотеки. Было и в столовой. Всегда: стоит ей появиться — и мне хочется прикоснуться к этой яркой вспышке света, хотя её слова обжигают не хуже колючих морозов.

Ревность — это некрасиво, громко и глупо. Я всегда старался держать эмоции в узде: у меня есть имидж, есть границы, где никтоне должен мешать. Но когда её взгляд задерживается на Чёрном, в груди перехватывает дыхание, словно тонкий нож вонзили под рёбра. Смешение желания, ярости и бессильной злости — вот что это. Хочется выйти, схватить и молча разорвать. Хочется заявить: «Она — моя». Но я не могу так. Не сейчас. Не так.

Она — боец. Упрямая, хитрая, отталкивающая одновременно. Любит игру, а в игре она опасна: умеет переворачивать правила. Я видел, как она провела Риана, как руководила девчонками, как улыбалась, ощущая власть. Поцелуй Роналии и Риана был не просто поцелуем — это был её ход.

А мой ход… я предложил «дружбу». И да, я сделал это не от сентиментальности. Это тактика. Близко — значит видеть, понимать, контролировать. Если не можешь иметь её телом и словами, можно — рядом. Пусть думает, что мы друзья; пусть открывает передо мной частички себя под видом доверия. Но слабости себе не позволю — нельзя поцеловать, нельзя признаться. Она не та, кто сдастся ради одного слова. Её нельзя схватить и удержать. И я это знаю: потому не буду пытаться силой.

Иногда, когда она смеётся, я считаю до десяти. Иногда — до ста. В редкие моменты почти совершаю безумство: подойти, прижать к стене, обещать молчание и вечность. Но разум берёт верх: она не покорится. Она ответит ударом, смехом, игрой. Мне не нужны публичные сцены. Я — тот, кто действует тихо, методично, как хищник, что ждёт удобного часа.