Книга Парализованная жена генерала дракона, страница 72 – Кристина Юраш

В этот момент муж посмотрел на меня, а я увидела, как сжались его кулаки.

— Я знаю, — произнес он. — Знаю. Я знал, что ты меня никогда не простишь за такое…

Его голос был хриплым, а я я смотрела в его серые глаза. Внутри что-то дрогнуло. Сердце екнуло, а я смотрела на его лицо, а потом зажмурилась, опустив голову, помотав ею. Я не верила. Честно? Не верила!

Муж коснулся рукой моей щеки, чтобы утереть мои слезы, но я — дернулась, отстранилась.

— Поэтому я подписал документ на развод, — произнес муж, сглотнув. Его рука медленно и бессильно опустилась. — Там осталась только твоя подпись. Все свое имущество я оставляю тебе.Я ухожу. После того, что я сделал, я знаю, что ты больше не захочешь меня видеть. Я сделал все, что мог, чтобы вернуть тебе то, что отобрала у тебя судьба. Я знаю, я наговорил тебе много гадостей, но эти слова не имеют ничего общего с моими мыслями. Я делал это для того, чтобы заставить тебя почувствовать себя одинокой. Чтобы ты понимала, что ты никому не нужна. Чтобы разбудить в тебе злость… И ненависть. Чтобы эта ненависть, страх и отчаяние подняли тебя на ноги. Там, где любовь бессильна, помогает ненависть. Прощай…

Он коснулся рукой моей щеки и улыбнулся сквозь слезы.

— Может, однажды ты меня простишь…

— Я не знаю, — прошептала я. — Смогу ли я… Сомневаюсь…

Он взял мою руку и прикоснулся губами к ней, заставив меня сделать глубокий вдох.

А потом вышел за дверь, оставив меня одну в холле.

Я сделала несколько шагов, глядя на лестницу.

— Давайте я помогу! — сипло произнес дворецкий.

— Не надо! — резковато произнесла я, опираясь рукой на перила. Медленно, через силу я поднималась, все еще не осознав, что мое тело снова мне подчиняется. Каждая ступенька давалась мне с трудом. Но я понимала, что я должна подняться.

С каждым шагом до меня доходило, что руки снова работают, что я снова могу переставлять ноги. На смену боли, отчаянию и ненависти приходило счастье. О, боги! Я больше не овощ! Я больше не калека!

Эмоции накатывали волной: озноб, дрожь зубов, радость, надежда и боль. Я чувствовала, как исчезает тьма внутри, как загорается искра.

Я прикасалась к перилу, а потом повернула голову, видя слуг, стоявших в холле. Они следили за каждым моим шагом. Кто-то из женщин плакал. Одна горничная уткнулась в плечо лакею.

До конца оставалось еще три ступени, и я медленно переставила ногу, чувствуя, что чувство оглушения прошло, а в меня хлынули эмоции. Я снова чувствовала радость, надежду и боль…

Я дошла до кабинета мужа, глядя на шкатулку, стоящую на столе. Под ней лежала бумага с красивой подписью.

Я посмотрела на бумагу о разводе. Подняла перо, окунула его в чернильницу и — сделала первый шаг к своему будущему.

Я написала первую букву своего имени, вспоминая запах жасмина, сережки на фотографии. Сердце вдруг вздрогнуло, а я умоляла себя не торопиться. Сейчас во мне сражались боль от обмана, мысль о предательстве и любовь… Маленькая искорка, которая осталась в моем сердце. Упрямая маленькая искорка так не хотела гаснуть.

Я собиралась написать свое имя дальше, но перед глазами потемнело от нахлынувших чувств. Я подалась вперед, выронила перо и случайно толкнула шкатулку. Она упала и рассыпалась драгоценностями по полу.

Я посмотрела на них, не зная, что пересилит. Маленькая искорка любви против огромной жгучей боли. Я чувствовала, что у любви почти нет шансов. Я была ужасно зла на него, но в то же время какая-то часть меня пыталась осознать, что если бы не мой муж, если бы не эта ненависть, то я бы сейчас не стояла на своих ногах, а лежала бы в постели.