Книга Парализованная жена генерала дракона, страница 73 – Кристина Юраш

— Что мне делать? — прошептала я, чувствуя, как снова начинаю плакать.

Мне хотелось, чтобы судьба дала мне какой-то знак. Я не знала, как правильно поступить…

Я посмотрела на рассыпанные драгоценности, как вдруг увидела мои сережки. Мои любимые сережки с гроздьями жемчужин.

Сначала я не поверила своим глазам, а потом стала осторожно пытаться присесть, опираясь на стол, чтобы поднять их с пола.

«Ты все так же красива!» — вспомнила я голос мужа, а внутри вдруг что-то екнуло.

Я держала сережки в руках, не зная, как они здесь оказались, если я видела их на фотографии!

— Мадам, я принес вам зелье, чтобы залечить ваши раны, — просипел дворецкий, неся бутылочку с зельем. — Ваш супруг просил приготовить ее для вас. Разрешите я помогу вам….

— А что с вашим голосом? — спросила я, глядя на свои ноги и понимая, почему они так болят.

— Мы всю ночь выли волками. Нет, в первую ночь я был ежиком, но потом одна волчица охрипла, и мне пришлось войти в, так сказать, стаю, — прокашлялся дворецкий.

— Так это были вы? — спросила я, падая в кресло.

Зелье скользило по моим ногам, принося облегчение. Раны медленно затягивались.

— Да, нас попросил ваш супруг, — произнес дворецкий, снова кашляя.

— А не могли бы вы принести все газеты за две недели, — прошептала я.

— Одну минутку. Тут осталась одна рука и немного царапин у вас на лице. Сейчас позову кого-то из горничных, чтобыони вас обработали…

Горничная вошла в кабинет, сипло поздоровавшись.

— И вы волком выли? — спросила я.

— Да, — произнесла она, покашливая.

Она быстро и ловко обработала мои раны, а потом принесла платье-халат, переодевая меня.

— Вот, мадам, — кивнул дворецкий, снова кашляя. — Простите, мне просто говорить больно.

Я взяла газеты, как вдруг увидела статью, где меня жалели всем высшим обществом. Пробежав глазами, я замерла. «Най пожертвовал репутацией семьи ради того, чтобы…»

Я снова посмотрела на свои ноги.

Наконец я нашла ту самую газету, а потом посмотрела на сережки в руке. Только сейчас я поняла, что это были не они. Просто очень похожие. На моих жемчужин было больше… И завиток был другой.

Но запах духов? Этот проклятый запах жасмина, который въелся мне в память? Как объяснить его?

— Мадам, может, вы что-то хотели бы? Поесть или чай? — спросил дворецкий.

— Нет, я не хочу есть, — прошептала я, чувствуя себя растерянной.

Если любовницы не было, то адрес… Так, я, кажется, помню адрес.

— А могли бы мне карету? — спросила я, понимая, что вот сейчас и узнаю правду.

— Вам сначала нужно одеться, — заметил дворецкий, кашляя в перчатку.

— Да! — произнесла я. — Достаньте мое самое красивое платье. И сделайте мне прическу…

Горничные засуетились, начиная приводить меня в порядок. Меня искупали, а я понимала, что если сейчас приеду и застану там женщину, то все будет кончено. А пока… Пока что я решила разобраться во всем.

Меня одели, причесали, припудрили царапины на лице, а я посмотрела на себя в зеркало.

— Мадам, вы точно уверены, что дойдете? — спросил дворецкий встревоженным голосом.

— Я из леса дошла, — выдохнула я. — Как-нибудь выйду из кареты. Можете не переживать.

Я направилась по коридору, чувствуя, как внутри меня царит такое смятение, что мысли бросаются из крайности в крайность.

Опираясь на перила, я спустилась по лестнице, чувствуя, что у меня появилась цель. Мне казалось, что все внутри собралось, мобилизировалось.