Книга Дом для Маргариты Бургундской. Жена на год, страница 28 – Людмила Вовченко

Клер улыбнулась.

Когда стемнело, Агнешка ушла к себе. Дом затих, только потрескивал огонь в очаге. Маргарита вышла на крыльцо, вдохнула прохладный воздух. Небо было чистым, усыпанным звёздами — не такими, как над городом. Здесь они были ближе.

Она положила ладонь на живот — привычно, почти автоматически.

— Мы справляемся, — сказала она тихо. Не как заклинание. Как констатацию.

Внутри не было восторга. Было спокойствие. А для неё это значило больше всего.

Завтра будет новый день.

Работа.

Проверки.

Люди.

И шаг за шагом — жизнь, которую она выбрала сама.

На следующий день Маргарита впервые позволила себе не выходить во двор сразу после подъёма.

Не из лени — из расчёта. Она хотела посмотреть, как хозяйство живёт без её постоянного присутствия. Это был важный этап: если всё держится только на одном человеке, значит, система слабая.

Клер справилась.

Работа началась вовремя. Люди знали, что делать, не бегали с вопросами по мелочам. Гуго распределял задания спокойно, без крика. Агнешка появилась позже всех, как и предупреждала, и сразу ушла к животным, не заглядывая на кухню и не тратя время на разговоры.

Маргарита наблюдала из окна, сидя за столом с чашкой горячего настоя. Травы были простые — мята, немного липы, щепоть чабреца. Никаких «чудес», только то, что действительно работает.

— Запомни, — сказала она Клер, не отрывая взгляда от двора, — если без нас всё разваливается, значит, мы плохо сделали свою работу.

— Пока не разваливается, — осторожно ответила Клер. — Даже наоборот.

Маргарита кивнула.

После завтрака она всё же вышла. Не для контроля — для участия.

Во дворе обсуждаликрышу над хлевом. Старую, но ещё крепкую, требующую замены нескольких досок. Маргарита выслушала плотника, задала пару уточняющих вопросов и утвердила решение.

— Делайте не на зиму, а сразу нормально, — сказала она. — Чтобы не переделывать.

— Это дольше, — заметил плотник.

— Это дешевле, — ответила она. — В итоге.

Он усмехнулся и кивнул. Логика была понятна.

Позже она зашла на кухню. Там разбирали мешки с зерном, пересыпая их в ёмкости поменьше. Маргарита остановилась, посмотрела, как это делают, и указала:

— Подставки выше. От пола. Здесь сырость.

— Поняла, госпожа, — быстро ответила женщина.

Маргарита не повышала голос. Ей больше не нужно было доказывать, что она хозяйка. Это чувствовалось без слов.

Ближе к полудню Агнешка сама подошла к ней.

— Я посмотрела всё, что вы мне показали, — сказала она, вытирая руки о фартук. — Условия хорошие. Для животных — особенно.

— А для людей? — спросила Маргарита.

— Зависит от людей, — пожала плечами Агнешка. — Но у вас тут не худшее место.

— Это комплимент? — уточнила Маргарита.

— Это факт, — усмехнулась знахарка.

Они прошли к дому, и Агнешка впервые внимательно осмотрела комнаты, мебель, ткани. Потрогала льняные занавеси, проверила, как сушатся травы, заглянула в подвал.

— Вы много внимания уделяете мелочам, — заметила она. — Обычно госпожи считают это ниже своего достоинства.

— Обычно госпожи не планируют здесь жить, — ответила Маргарита. — Они планируют переждать.

Агнешка посмотрела на неё дольше обычного.

— Вы не пережидаете, — сказала она.

— Нет, — согласилась Маргарита. — Я строю.

После обеда они сидели за столом втроём — Маргарита, Клер и Агнешка. Разговор был спокойным, без напряжения. Обсуждали простые вещи: как часто приходят болезни в деревне, что обычно лечат, от чего умирают.