Онлайн книга «Миссия: Новогодний принц»
|
– Внимание! Опасность! Глава 9. Зим – Что ещё за опасность?! – Я моментально сорвалась с места и вцепилась в панель управления. – Зим, конкретнее! – Опасность! Опасность первого уровня! – продолжал орать бортовой искусственный интеллект, явно наслаждаясь моментом паники. – Вероятность катастрофы – восемьдесят семь процентов! – Ты можешь, пожалуйста, объяснить, что именнопроисходит, а не читать мне предсмертную статистику?! – перекричала я рёв сирены. – И светомузыку выключи. За иллюминатором был бескрайний свободный космос, ни кораблей, ни метеоритов, ни чёрных дыр. «Зима» шла чётко по трассе, путь был заранее проложен навигатором по стандартам Федерации, несмотря на то что мы уже вылетели за её край. Так в чём же опасность?! На всякий случай я сбросила скорость и перевела управление в ручной режим – старый добрый способ убедиться, что паника не автоматическая. Корабль послушно притормозил, гул двигателей стал мягче, но сирена всё равно выла так, будто ей платят за драматизм. – Зим! – рявкнула я. – Угроза визуальная, механическая, биологическая или ты просто решил умереть от скуки? – Тепловая аномалия! – сообщил он с тем пафосом, будто объявлял начало межгалактической войны. – Внутренний отсек «бета-три». Температура растёт на двадцать градусов в минуту! – Чего-чего? Как это? Я прикрыла глаза и вспомнила устройство «Зимы». Нет, я никогда не училась на механика, но любой пилот должен плюс-минус представлять устройство корабля, знать, что к чему подключается, как выведены сопла, где находится реактор. У совушек вообще переэкзаменация раз в пятилетку. Отсек «бета-три» – теплоизолированный, туда подводится охлаждающая жидкость из центрального контура через двойную магистраль, чтобы даже при аварии или столкновении с метеоритом не случился взрыв. Отсек, по сути, обслуживает реакторную обвязку и часть энергомодуля, где стоит преобразователь тяги. По всем расчётам, там не можетбыть перегрева, если только… – Зим, – медленно сказала я, уже чувствуя, как неприятно холодеет где-то под рёбрами, – система охлаждения в норме? – Наблюдается падение давления в линии «С» и частичная потеря охлаждающей жидкости в контуре, – бодро отозвался бортовой компьютер. – Какая конкретно линия? – уточнила я, хотя ответ уже знала. – Та, что проходит вдоль правойстенки третьего отсека, у главного входа на шаттл. Повреждены пентапластмассовые трубки, и часть жидкости вытекла, а та, что циркулировала до сих пор, – перегрелась, – сообщил Зим с вежливым энтузиазмом ассистента, зачитывающего диагноз пациенту. – Судя по записи сенсоров, повреждение возникло примерно сорок восемь часов назад. Я перевела взгляд на повреждённый потолок и стену. Двое суток назад у нас были таможня и «легендарная» схватка песчаного принца с офицерами. А ведь после того, как Асфароол пробил копьём потолок, я уточнила у Зима, всё ли в порядке, а после стены… – Зим, какого шварха ты мне сразу не сказал, что на корабле есть неисправность? – А я говорил! – возмутился он тоном актёра, у которого вырезали самую эффектную сцену. – «Опасность, внимание!» У меня отмечено в бортовом журнале, можете перепроверить, капитан. Сразу после моего оповещения вы сказали, цитирую, «твою дивизию» и «а ну, заткнись, Зим! Немедленно включи фоновую расслабляющую музыку и верни нормальное освещение!» |