Книга Продана Налгару, страница 50 – Каллия Силвер

Он был в чёрном — облегающем, строго скроенном костюме с серебряной чеканкой на плечах и груди. Высокий воротник обрамлял его шею, а обруч из тёмного металла венчал лоб, ловя лучи красного солнца, льющиеся сквозь высокие окна.

Он выглядел как король. Военачальник. Бог насилия.

Словно он только что вернулся после командования армиями или решения судьбы целого континента.

Её пальцы крепче сжали прибор, который она всё ещё прятала за спиной.

Он не приближался. Просто смотрел на неё своими адскими багровыми глазами, впитывая её образ: разрумянившееся лицо, босые ноги на камне, то, как её мантия распахнулась, обнажая вырез на груди.

Она чувствовала себя беззащитной.Как добыча. Но не беспомощной.

Она сделала шаг назад.

Его глаза сузились.

— Что ты прячешь за спиной?

Его голос был спокоен, как всегда, но под ним чувствовалось нечто более глубокое. Нить любопытства. И, возможно… знание.

Она не ответила.

Зарок шагнул вперёд — медленно, намеренно. Затем тоном, похожим на бархат с примесью угрозы, произнёс:

— О чём бы ты ни думала… сделай это.

Теперь он стоял прямо перед ней, ладони раскрыты, руки слегка разведены — не защищён. Открыт.

Это выбило её из колеи. Его поза. Его слова.

И выражение лица — расслабленное. Не насмешливое. Не яростное. А какое-то непроницаемое. Спокойное. Тихое. Осенённое мыслью.

Она смотрела на него, сердце колотилось о рёбра.

Почему сейчас?

Почему он пришёл к ней в таком виде?

Он выдохнул, глубоко и контролируемо.

— Я думал о тебе.

Она моргнула.

— Что?

— О твоей силе, — сказал он. — О том, как ты не ломаешься, даже когда должна. Даже когда я забрал… всё.

Живот скрутило. Она ненавидела то, что его голос мог делать это — обвиваться вокруг неё, забираться под кожу.

— Я постоянно хочу тебя, — продолжил он. — Не только твою кровь. Не только твоё тело. Тебя. Твою борьбу. Твой лёд. Твою ярость. Я хочу дать тебе больше. Позволить увидеть, кто я. Что я могу предложить.

Она смотрела на него, ошеломлённая; внутри неё воевали ярость и смятение.

— Давай, — повторил он. — Сделай это.

Что-то в ней оборвалось.

Она бросилась вперёд с криком, полы мантии взметнулись позади неё, ярость развернулась в позвоночнике, и она вогнала нож — маленький, изогнутый, чужой — ему в грудь.

Она почувствовала сопротивление, затем преграду.

Лезвие встретило кость. Вошло внутрь.

Он не вздрогнул.

Его тело лишь слегка дернулось, когда сталь прорезала мышцы. Затем он посмотрел вниз… на её руку всё ещё сжимающую рукоять, вошедшую в него.

Выступила кровь: тёмная, мерцающая, не совсем красная.

Его глаза снова поднялись, встречаясь с её взглядом.

В них не было ярости, лишь что-то другое. Что-то тихое и нечитаемое.

Её дыхание сбилось.

Она ждала удара. Расплаты или боли — любого ужасного последствия, что последует за этим.

Но Зарок… просто стоял и смотрел на неё, его лицо оставалось непроницаемым, пока кровь медленно стекала по его груди, собираясьу края серебряной отделки.

— Тебе следовало целить в горло, — тихо сказал он.

И он поднял руку… и нежно накрыл её руку своей.

Не чтобы остановить её.

Не чтобы вытащить нож.

Просто чтобы подержать её.

Глава 32

Сесилия уставилась на кровь, заливающую её руку. Тёплая. Вязкая. Густо-красная — красная, как её собственная.

Но это было неправильно.

Он должен был взреветь, рухнуть, ударить в ответ — что угодно.