Книга Певчая птица и каменное сердце, страница 184 – Карисса Бродбент

И тогда наконец его рот прижался к мягкой коже внутри моих бедер.

– Я вчера ночью очень ревновал к твоей руке. Попробовать на вкус, как ты кончаешь, – этого мне хотелось даже больше, чем попробовать на вкус твою кровь.

Его дыхание, разгоряченное от желания, было словно пытка.

– Пьющая зарю, ты сделала меня жадным, – пробормотал он. – Когда речь идет о тебе, я просто не в состоянии себя ограничивать.

И он раздвинул мне бедра, и его язык заскользил внутри – долго, медленно, твердо, яростно.

Наслаждение, которое Азар исторгал из меня целую вечность, обрушилось разом. Я зажмурилась. Мышцы сковал спазм. Мне хотелось схватиться за Азара, за что угодно, чтобы держаться, пока он рвет меня в клочки кончиком своего клинка.

Когда способность соображать стала медленно возвращаться, я поняла, что запустила руки ему в волосы. Азар тяжело и часто дышал и все еще стоял передо мной на коленях, слизывая пот с моих бедер.

– Восхитительно. – Слово это прозвучало чуть слышно, как будто он и не собирался говорить его вслух.

Взгляд Азара медленно поднимался по моему сотрясающемуся телу, пока наши глаза не встретились.

Неужели я выглядела так же, как он? Такой же изнуренной? Словно бы все его защитные силы иссякли, оставив нежную уязвимость нашего взаимного желания ничем не прикрытой? Никогда не думала, что может быть так приятно позволить себе распасться на части.

И, святые боги, Азар был просто великолепен. За окнами бушевала буря, и причудливый темный свет падал на его тело, как полосы краски.

Я села повыше, поцеловала Азара, чувствуя у него на губах свой собственный вкус, и нежно заставила его встать. Он повиновался, наш поцелуй, не прерываясь, стал глубже, а мои руки между тем шарили по всему его телу. Пальцы скользнули по впадинам, образующим букву V на его животе, и остановились у пояса брюк. Я расстегнула пуговицу, и язык Азара скользнул мне в рот – я поранила его клыками и наслаждалась, когда он зашипел, а пьянящая капля его крови ударила мне по языку.

И вот уже брюки Азара оказались на полу, а его член, твердый и нетерпеливый, – у меня в руках. Не прерывая поцелуя, я гладила его, радуясь, как он напрягается, когда мой палец проводит по капле влаги на его кончике.

«Я медлю потому, что потом уже делать это буду не в состоянии».

Я сдвинула руку всего один раз и едва успела завершить движение, как Азар зарычал и снова толкнул меня на алтарь.

Одно-единственное испытание, и самообладание этого вечно педантичного, вечно сдержанного и невозмутимого смотрителя Мортрина разлетелось в клочья, выпустив на волю зверя.

Хотя мы оба были под стать друг другу, Азар приподнял меня и посадил на край алтаря, так что теперь мы сравнялись ростом. Мои бедра разошлись перед ним – я была вся влажная и полная ожидания. Его член остановился у самого входа во влагалище, и, уткнувшись лицом мне в плечо, Азар двинулся вперед.

Но на полпути замер. Одной рукой он придерживал меня, ладонью другой опираясь на алтарь. Мы оба тяжело дышали, наши тела протестующе подрагивали от внезапной паузы перед самой бездной, где мы наконец-то, наконец-то соединимся.

Я опустила взгляд, чтобы увидеть нас соприкоснувшихся, Азара, уже почти внутри меня, с поблескивающим от моей влаги кончиком члена.

Два грешника на краю того, что, как мы оба знали, изменит все, здесь, на алтаре того, что нас уничтожило.