Книга Певчая птица и каменное сердце, страница 30 – Карисса Бродбент

– Чандра.

Религиозное имя. На древних языках означает «та, кто распространяет свет в темных местах».

Эта женщина родилась в мире Атроксуса. В отличие от меня, которая зубами прогрызала себе туда путь.

Я вздохнула и занесла руку над свечой. И стала опускаться вглубь, все ниже и ниже, в сердце, где еще оставался маленький кусочек человеческого.

На несколько ужасных секунд мне показалось, что свет снова меня оставил. Но тут на фитиль вскочила золотая искорка, и пламя ожило.

Я поморщилась оттого, что где-то на коже, под надежным прикрытием рукава, возник свежий ожог. Я не удержалась и потрогала руку, а потом подняла глаза. Я хотела увидеть пламя, но взгляд мой упал на Азара.

Мне не понравилось, как он на меня смотрел. Как будто видел насквозь.

Я хотела подарить ему ослепительную улыбку и легкомысленно сообщить: «Готово, прошу» – но что-то в его взгляде заставило меня остановиться, ибо взывало ко всем вампирским порывам внутри меня и подталкивало к опасным выводам.

Признаться, я всегда удивлялась, почему Атроксус выбрал меня – и много лет назад, и сейчас. Я бы не смогла ответить на этот вопрос без молитвы. Но наверное, не менее важен другой вопрос: по какой причине Ниаксия выбрала для этой таинственной миссии именно Азара? Человеческие и вампирские инстинкты столкнулись во мне: причем и те и другие буквально кричали, что мы движемся навстречу какой-то опасности.

Азар отвел взгляд и забрал у меня свечу, поморщившись от близости магии Атроксуса. Он поставил свечу в круг, заполнив последний недостающий сектор. И объявил:

– На сегодня все. Тебе надо отдохнуть. И попить. Твой голод чувствуется даже…

– А что конкретно попросила тебя сделать Ниаксия?

Больше никакой беззаботности в голосе. Никакого игривого любопытства. Мне вдруг стало не по себе, и вовсе не от трупной вони.

Не поднимая глаз, Азар произнес:

– Я удивлен, что ты этого еще не поняла. При том, насколько созвучной богам ты себя считаешь, Илие.

Захотелось воскликнуть: «Прекрати меня так называть!» Но сейчас было не до этого: мысли бежали слишком быстро, связывая вместе кусочки знания.

– Ниаксия отправляет тебя в нижний мир, – стала рассуждать я. – А ты некромант. Значит, ей, скорее всего, нужно, чтобы ты кого-то оттуда забрал.

Азар ничего не ответил. Однако и не поправил меня, что я восприняла как подтверждение своей догадки.

Но для исполнения ритуала обычно не надо в буквальном смысле слова спускаться в нижний мир – подтверждением чего служила происходившая передо мной церемония.

Если, конечно, перед тобой не стоит особо сложная задача. Такая, которая требует близкой связи со смертью.

Но почему Ниаксия не проделает это сама?

Зачем для этого магия других богов?

– Но кого Ниаксии понадобилось… – Я осеклась на половине фразы. – Ой! О боги…

Хоть бы я ошиблась.

Я молилась, чтобы предположение мое оказалось неверным.

Но от того, как дернулся у Азара уголок рта, у меня внутри все оборвалось.

Есть только одна мертвая душа, которую Ниаксия может захотеть вернуть, однако не способна воскресить сама. Тот, кого казнил бог солнца. Тот, кто был связан с нижним миром теснее всех прочих.

Нет, наверняка я ошибаюсь. Это невозможно.

Азар устремил на меня взгляд, пронизывающий насквозь и одновременно непроницаемый. И заметил:

– Наконец-то ты лишилась дара речи.