Книга Отравленная для дракона, страница 3 – Кристина Юраш

За что он так? Ему же все нравилось!

Я пять лет работала на банк Лавальд. И за это время не получила ни золотого. Я верила в то, что это — семейное дело, выстраивала стратегии, расписывала все нюансы, даже придумала первую в этом мире рекламу банковских услуг.

И сейчас мне просто до слез обидно. Чем я заслужила такое? За что?

Снег в этом мире падает так же, как и в том мире. И это, наверное, самое удивительное.

Как в тот день, когда я бежала по аллее небольшого сквера, а тот, кого я называла своим кошмаром, схватил меня за волосы, крича, что любит и что хочет, чтобы я снова вернулась к нему.

У меня дыхание перехватило, как в тот момент, когда он схватил меня у подъезда. А потом — белое.

«Ты сама меня довела… Видишь, до чего ты меня довела!» — слышала я полный ярости голос.

Боль. Я лежала с разбитой скулой, пока «скорая» везла меня в больницу, а соседи делали вид, что не слышат криков.

Потом я помню вспышку сознания в машине скорой помощи, белые лица врачей: «Не довезем!» и… я очнулась в теле жены банкира Лавальда.

Банкир на тот момент было сказано слишком громко. Банк с вековой историей медленно умирал. Люди предпочитали хранить деньги дома, а не доверять их чужим. Мне пришлось долго продумывать рекламу, чтобы убедить людей хранить деньги не под половицей, а в ячейке банка. Под проценты, разумеется. Но я справилась. Теперь дела мужа идут в гору. И он уверен, что это исключительно его заслуга. Неблагодарный!

Слёзы были горячими. Слишком горячими для этого снега. Словно моё тело всё ещё верило, что я заслуживаю тепла. Глупое тело.

Меня трясло от обиды, как вдруг я почувствовала, как кто-то положил мне на плечо руку.

Сердце вздрогнуло, словно на секунду поверила, что это Мархарт. Он пришел попросить прощения за свои слова, и теперь просит вернуться в зал.

Но это был не мой муж.

Высокая черная фигура в плаще с капюшоном и белой маске стояла передо мной, а я постаралась взять себя в руки.

— Я предлагаю вам уйти со мной, — произнес незнакомец.

Голос был мягок, но в нём читалась сталь.

— Что? — изумилась я, видя, как рука в перчатке вытирает мои слезы.

Мягкая бархатная перчатка касалась моей щеки, а я замерла. Его перчатка была ледяной. А внутри меня — впервые за пять лет — вспыхнуло что-то тёплое.

— Я предлагаю вам сейчас сесть в мою карету и уехать отсюда. Навсегда…

Его пальцы скользнули с щеки к подбородку — не грубо, но без права на отказ. Незнакомец приподнял мое лицо, заставляя смотреть в его стальные глаза.

— Ты думаешь, я пришёл, чтобы спасти тебя? — прошептал он. — Нет. Я пришёл, чтобы забрать то, что твой муж не заслуживал даже видеть.

Его большой палец провёл по моим удивленно распахнутым губам — почти ласково. Но в следующее мгновение пальцы сжались, и дыхание застыло в моем горле.

— Если скажешь «нет»… я всё равно не уйду. Просто подожду, пока ты сама придёшь ко мне — с пустыми глазами и разбитым сердцем. А я соберу тебя заново. По своим правилам.

Он отпустил меня — так же резко, как и схватил. Только в глазах — пылающий ад.

Пару мгновений до меня доходил смысл его слов. Что? Сбежать? С незнакомцем? Он… он вообще в своем уме?

Наконец-то придя в себя, я отшатнулась — не от слов, а от прикосновения. Оно было слишком тёплым для этого холода. Слишком уверенным.