Книга Эльфийка-травница для дракона-циника, страница 24 – Лиззи Голден

Тощий Глиб ― глава шайки, что-то недовольно бормочущий, коренастый, увешанный склянками Борк, вечно чихающий Тифф и двое других, чьи имена Сайрен забыл, а может и не знал ― они все для него были на одно лицо.

— А, Сайрен! — сиплым голосом приветствует его Глиб. — Слышали, ты тут замком обзавелся. Что ж ты так, не позвал старых друзей на новоселье? Вот, решили сами прийти, поздравить!

Прямо все, как он и предполагал. Но Сайрен имеет с ними дело не первый день, поэтому знает, что последует за этим.

Нахальные гоблины тут же начинают осматриваться, зыркать по углам своими маленькими, но ушлыми глазками. Борк тут же плюхается на дорогой сундук, Тифф начинает крутить настенный светильник, с интересом изучая его крепление и напрочь позабыв о хозяине поместья.

― Что вам нужно? — сквозь зубы произносит Сайрен, чувствуя, как нарастает знакомая бешеная пульсация в висках, которую надо бы остановить, пока не поздно.

— Просто пообщаться! — сипит Глиб, разводя руками. — Старые друзья же! Помнишь, как ты на контрольной сварганил отвар от кашля, а оно тебе волосы розовым покрасило на две недели? Ха-ха-ха!

Снова они за свое. Глупые детские провокации. И, между прочим, это они подсыпали ему в смесь растолченный порошок розового кварца, а потом ржали до упаду, катаясь по полу, когда Сайрен попробовал свое варево, как полагается на контрольной.

― Не думайте, что я стану терпеть это в своем доме, ― цедит он. ― Уходите, пока я добрый.

— Ой, добрый! — передразнивает Тифф, почти открутив светильник и теперь пробуя его на зуб. — Дракончик-добрячок! А где же твой огонь? Где твои когти? Боишься, что снова опозоришься, как тогда, когда твое снадобье роста на нашего бедного магистра пролилось, и у него усы до пола отросли?

По руке пробегает золотистая чешуя. Плохой признак. Очень плохой. Еще несколько секунд, и он…

— У нас гости, Сайрен? — раздается спокойный голос.

О нет. Мирина. Сайрен мысленно закатывает глаза, стараясь не показывать гоблинам замешательство и… даже страх. Приказал же сидеть тихо с Илаем на кухне и не выходить в холл! Так нет же, не послушалась. Кто знает, что эти бунтари еще надумают выкинуть?

Мирина же смотрит на гоблинов с легким любопытством и будто совсем их не боится.

Гоблины на мгновение замирают, уставясь на нее. Странные они, как будто эльфиек никогда не видели.

— А это кто? — спросил Тифф, наконец, перестав грызть светильник. ― Еще одна служанка? А не много их у тебя?

― А платье-то, богатое, ― присвистывает Борк, вскрыв до этого сундук и вывалив наружу все запасы мыла и других моющих средств ― наверное, думал, что там алмазы и прочие драгоценности.

― Не похожа она на служанку. ― Глиб оценивающе прищуривается.

Сайрен только открывает рот, чтобы сказать, что это не их дело, как Мирина тут же исчезает в дверях кухни. Через пару мгновений возвращается, неся большой деревянный поднос. На нем дымятся медовые пряники в виде причудливых зверюшек, покрытых блестящей глазурью, а еще ― румяные булочки с корицей.

Соблазнительный, сокрушительно-вкусный аромат ударяет гоблинам в носы. Их наглые ухмылки сменяются выражениями чистого детского изумления.

— Пря… пряники? — шепчет Борк и отползает от сундука. В уголке рта у него блестит слюна. Фу, как отвратно!

Но Мирина как будто этого не замечает. Она подходит к Борку, ногой легко захлопывает сундук и ставит на его плоскую поверхность поднос.