Книга Последний гамбит княжны Разумовской, страница 45 – Ульяна Муратова

— Вон! — процедила я, едва справляясь с нахлынувшим диким желанием кинуться ему на шею, впиваясь в рот алчным поцелуем, и не менее дикой потребностью огреть его тяжеленной вазой и выкинуть из окна рыбам на корм.

— Ну… как хочешь, — пожал плечами он и сделал последний шаг, мгновенно наполняясь злым куражом.

Замахнулась, чтобы засандалить ему вазой, но не успела.

— Прошу прощения, я не помешал? — раздался нарочито скучающий голос Врановского.

Мы с Берским замерли, застигнутыеврасплох, а вот Лазурка не поняла, что бой не состоится. Гибкое тело изогнулось и распрямилось в стремительном прыжке. Она спикировала оборотнику на загривок и с неожиданно громким рыком вцепилась ему в шею.

— Твою мать! — заорал он и могучей ручищей отшвырнул её в сторону.

Куничка впечаталась в стену над кроватью и тряпицей рухнула на кружевную подушку.

Я сдавленно вскрикнула и кинулась к ней:

— Лазурка!

К счастью, она была жива. Дышала…

— Морана, — повелительно проговорил Врановский, и к нам шагнула его названная сестра.

Ловко достала из набедренной сумки какую-то склянку, насильно влила куничке в пасть несколько капель и погладила горлышко, чтобы она проглотила.

— Мёртвого подымет это зелье. Лучшее из того, что делают Знахарские. Всё хорошо с ней будет. Даже кости срастутся, если сломаны…

Лазурка задышала чаще и поползла ко мне, волоча задние лапки.

Он что, спину ей сломал?

— Я случайно, — пробормотал Берский, явно ощутив волну ненависти, исходящую от меня.

Я перевела взгляд на Александра. Он держался холодно, но не нужно быть эмпатом, чтобы понимать, насколько он зол. За его спиной стояли одетые в чёрное соратники, а на плече сидел Вроний.

Так вот кто позвал на помощь… А я и забыла о нём. Мой маленький спаситель.

— Прошу прощения за вторжение, Анастасия Васильевна. Если мы вам помешали…

— Нет! Ни в коем случае! — выпалила я, тяжело дыша и дрожащими пальцами гладя несчастную Лазурку. — Борис Михайлович как раз собирался уходить и никогда не возвращаться.

— Раз так, то Дарен с Костей его проводят, — распорядился Александр.

— А то вдруг он по природной тупости ещё раз заплутает в незнакомом тереме? — саркастично спросил его младший брат, глядя на Берского.

Тот оскалился в ответ, мгновенно наполняясь звериной яростью и желанием растерзать врага на куски. Невзрачная Морана неожиданно смело шагнула к нему и принюхалась:

— А не сладкий ли это душок хлороформа?..

Я осела на край кровати, осознавая, от какой участи меня спас Александр. Одетые в чёрное соратники Врановского тенями выскользнули из-за спины предводителя и окружили Берского.

— Борис Михайлович, если вы захотите затеять драку, то мы вынуждены будем рассказать хозяину дома о том, при каких обстоятельствах мы вас застали, — скривил губы КонстантинВрановский, уступавший оборотнику в росте, но не показывающий ни капли страха, по крайней мере, внешне.

Всё же хороши их амулеты, ничего не скажешь.

— Если я захочу затеять драку, то переломаю вас, как бустылы камышиные.

— Уже трясёмся от ужаса, — ухмыльнулся Дарен, а Константин и уточнил:

— Так нам звать князя Разумовского или вы сами избавите княжну от своего общества?

Берский полоснул взглядом по шестерым Врановским, по-звериному рыкнул, пихнул одного плечом и ушёл, кинув мне на прощание:

— Мы обязательно договорим позже.