Книга Дорогой Монстр-Клаус, страница 31 – Мэйв Блэк

На этот раз, вместо того чтобы тревожиться о том, чего и как я хочу, я скажу ему ровно то, чего жажду. Как это сработает — не моя проблема. Между ног пульсирует и ноет, и как-то я знаю, что он это почувствует.

— Пожалуйста, — скулю я. Он снова хлопает себя по коленям, его взгляд темнеет, и он кусает кулак.

— Иди сюда.

Мне не нужно повторять дважды, я практически подпрыгиваю, преодолевая расстояние до его колен.

— Да, Санта.

Он откидывается назад, широко расставив ноги; то, как натянулись его трусы, заставляет гадать, что под ними. Его глаза не отрываются от моих. Мы оба заворожены друг другом.

Я обхватываюего бёдрами, не садясь на него, как в прошлые два раза. На этот раз мы лицом к лицу, наши тела прижаты друг к другу. Если он и шокирован, то не показывает этого. Всё, что я вижу — это красные, рельефные кубики пресса и лицо, полное обещаний.

— Такая хорошая девочка, слушаешься меня без возражений.

Я радостно киваю, тепло разливается до кончиков пальцев. Словно заметив, насколько влажная ткань у меня между ног, он прикусывает губу и поправляет меня. Его эрекция давит снизу вверх, и я сижу прямо напротив неё. Вблизи это выглядит ещё более пугающе. Это словно оружие.

— Страшно?

Я киваю один раз.

— Я знаю, чего хочу на Рождество, Санта.

Одобрение проступает на его лице, смешанное с надеждой. Он хмурит брови, пока я ёрзаю, чтобы устроиться поудобнее.

— Чего ты хочешь, Радость? — Его голос — чистый гравий, словно он перемалывает камни коренными зубами, чтобы звучать так убито.

— Я хочу, чтобы мне было хорошо, Санта, — объясняю я, снова двигаясь на нём сверху. На этот раз я чувствую, как удовольствие простреливает позвоночник, когда я трусь прямо об него.

Он издаёт резкий шипящий звук. Его взгляд фокусируется на ткани, едва прикрывающей мою киску. Почти так, словно он хочет испарить её, чтобы скользнуть внутрь.

— Как ты хочешь, чтобы тебе было хорошо? — допытывается он, требуя больше слов. Лучших описаний.

— Оргазм, — пищу я, сглатывая смущение. В этом слове никогда не было ничего постыдного, чтобы произнести его вслух, но, сидя на коленях у монстра, чей член агрессивно давит на меня, я чувствую себя немного неуверенно. Он великолепен. Мускулистый, огромный и такой великолепный.

Его пальцы приподнимают мой подбородок.

— Смотри прямо сюда.

Наши взгляды встречаются, и при виде расплавленной похоти, которую он мне демонстрирует, у меня вырывается тихий скулёж.

— Пожалуйста, потрогай мою киску.

— Ммм, — одобряет он, и его член дёргается в ответ. — Обожаю, когда ты говоришь мне, чего хочешь.

— Пожалуйста, потрогай меня, Санта. Я была хорошей весь год.

Словно эти слова подстёгивают его, он откидывается назад и жестом указывает на свой член.

— Используй меня. Трись своей хорошенькой маленькой пиздой об меня, пока не кончишь. Покажи мне, как тебе нравится получать разрядку.

— Но я... — я начинаю искать оправдание, чтоникогда не трогала себя, но он останавливает меня. Его большой палец зависает над моим клитором, прикрытым кружевом, и он едва надавливает. Я почти подпрыгиваю, когда желание яростно пронзает меня.

— Видишь, Радость. Ты знаешь, что приятно, а теперь заставь себя кончить на моём члене, чтобы мы оба могли научиться.

Christmas Eve — Justin Bieber

Арсон

Её нервозность слишком притягательна, она манит меня. Я даже не собирался позволять ей кончить об меня. Чёрт, я вообще планировал оставаться одетым. Но потом я захотел, чтобы она увидела, что творит со мной. И с мужчинами вообще. Мне нужно было, чтобы она знала: она самая горячая, блять, женщина, которую я когда-либо встречал, и чтобы она увидела это собственными глазами. Она заслуживает быть желанной. Заслуживает, чтобы ей показали, что она чертовски, убийственно сексуальна.