Книга Дорогой Монстр-Клаус, страница 30 – Мэйв Блэк

Я никогда не носила ничего подобного, и я так благодарна, что пошла наперекор своему страху и купила его. Теперь он здесь. Я покажу Арсону, что я готова к любви, что я способна быть сексуальной. Хотелось бы, чтобы мой мозг это наконец осознал. Мои руки замирают над тканью, и я всё ещё вздрагиваю. Страх и возбуждение танцуют в тандеме, мешая мне надеть его, но одновременно и соблазняя сделать это.

Упадёт ли он на колени? Посчитает ли меня чувственной?

Я делаю глубокий вдох и сбрасываю одежду. Торопливо разбираясь со всеми лямками, я надеваю комплект и издаю самый тревожный вздох в жизни. Часть меня хочет выйти прямо к нему, продефилировать, заставить его увидеть меня. А другая часть меня — та, что всё ещё чёртова девственница, жаждущая секса, — ведёт меня в ванную.

Как только я встречаюсь со своим отражением, у меня перехватывает дыхание. Почти беззвучно, но всё же. Я раскраснелась, но не так, словно стесняюсь. Это тот румянец, о котором я читала. Тот, что предвкушает удовольствие. Расширенные зрачки, разгорячённая кожа и ощущение покалывающих иголочек по всему телу. Я выгляжу невероятно, с головы до ног.

Он умрёт.

Ухмылка вырывается из моего встревоженного разума. Решительно хватаю халат и направляюсь к нему. Не раздумывая дважды. Он хочет меня. Этот наряд докажет это.

Выходя из комнаты, я замечаю его развёрнутую фигуру. Рубашки нет, и меня встречает ширина его размаха крыльев. Чёрт, он так мощен в этой позе.Его бёдра толстые, прикрытые лишь наполовину. Там, где их закрывают боксеры.

Он то ли почувствовал моё присутствие, то ли услышал мой громкий вдох, но в любом случае он поворачивается ко мне, и я спотыкаюсь. Хватаясь за перила внизу лестницы, я прикладываю руку к груди.

— Чёрт.

Его взгляд скользит от моих пальцев ног доглаз, так медленно, что я, клянусь, постарела на десять лет под этим взглядом. В его глазах пляшет расплавленный жар. Я тру шею в поисках комфорта, уверенности, а он скрещивает руки на груди.

— Сними это. Это приказ.

Не жестокий, но выжидающий. Он пожирает меня без слов, и осознание того, что у меня вообще есть такая власть над ним, заставляет влагу скапливаться между моих бёдер.

Чуждое ощущение. Влажное. Что это?

Я тянусь к поясу халата, дёргаю за завязку. Лёгкое движение плечами и шёлковая ткань падает на пол, и Арсон тут же это замечает.

— Блять, Радость. Быть свидетелем такого должно быть чертовски незаконно.

Без подсказки я кружусь, делая это медленно и намеренно. Его глаза не отрывались от меня, но в конце концов встретились с моими.

— Нравится?

— Нравится? — шипит он, его голос глубокий и отчаянный. — Любой был бы грёбаным идиотом, если бы не был одержим этим.

— А ты? — подначиваю я, видя, как натянулась ткань его трусов. У него такой стояк, что я знаю: в какой-то момент он просто разворотит мои внутренности. К этому всё и идёт, да? Туда, где он трахнет меня, а я буду плакать от удовольствия?

Жар, влажность и желание, смертоносные, как вулканы в драконе, встречаются между моих бёдер, обещая так много. Я никогда не испытывала этих ощущений. Они другие, но желанные. И мне интересно, это липко или жидко, как вода? Это реакция на возбуждение, я не дура. Однако я просто не на сто процентов уверена, как работает моя собственная анатомия.

— Не стой там просто так, — рычит он, его обычная джентльменская поза исчезает. Арсон сидит на диване, там же, где я пролила кофе. — Скажи Санте, чего ты хочешь, Радость.