Книга Семь моих смертей, страница 112 – Ефимия Летова

Мне нужно было встать, одеться и возвращаться к себе. Регламент… я заснула, и регламент пошёл под откос. Какие там тридцать минут, как бы ни все три часа. Наверное, регент злится на меня из-за этого.

Но вставать не хотелось.

Его рука мягко погладила меня по голове, по щеке, и я почувствовала, как что-то небольшое и гладкое касается губ. Попробовала зубами – какая-то ягода. Стоило её раскусить, брызнул сок с кислинкой.

- Никогда не видел русалок.

- Что?

Я даже привстала на локте, повернулась. Свечи продолжали гореть, кроме той, единственной погашенной.

Регент мягко отвернул меня, оставаясь за спиной, там, где я не могла его видеть. Но продолжал поглаживать то плечо, то локоть, то бедро, а ещё кормить этими кисло-сладкими ягодами. Придвинулся ближе, прижимаясь грудью к моей спине.

- Русалок не видел, сколько ни плавал, – тихо и размеренно заговорил он. – Добился всего сам, без протекции. У нас была небедная семья, но к морю отношения никто не имел. Старшие братья пошли в торговлю, помогать отцу, а я поступил в Морской эгрейнский корпус. В каком-то смысле мне просто везло: я был младшим ребёнком, отцу больше были не нужны помощники, против моего выбора не возражали. Учился, ходил в море потихоньку, поначалубыли не военные плавания, а каботажные. Кругосветку сплавал, получил звание лейтенанта, пару орденов прихватил. Потом, восемь лет назад, вместе с пимарцами проводили уже боевые операции против Каменного континента. Разбили их подчистую, – по голосу я почувствовала, что Ривейн улыбается. – Я стал капитаном и получил свой корабль. А потом дармаркцы опять высадились на островах, пимарцы, бывшие наши союзники, были вынуждены их поддержать. Четыре года назад стал вице-адмиралом, потом адмиралом… Вышел на сушу после ранения, долго восстанавливался, стал служить королю на суше… Собаку завёл. Что ещё вы хотели узнать?

- Всё. Хочу знать о вас всё.

Я села, распущенные волосы создавали иллюзию укрытости. Платье висело на стуле вместе с остальной одеждой, блюда с ягодами, фруктами и изрядно подтаявшим мороженым стояли неподалёку от нас на низком столике. Пока я спала, принесли десерт. Для полного ощущения уюта было слишком светло и слишком просторно, но в целом…

Нужно было пользоваться моментом, когда Ривейн расслаблен и спокоен, нужно было задавать ему правильные вопросы, а не болтать, точно мы и в самом деле молодые влюбленные супруги, больше всего на свете желающие завести ребёнка и наслаждаться обществом друг друга.

- Стать таким молодым адмиралом сложно, – осторожно проговорила я. Отщипнула виноградину от грозди и протянула к губам Ривейна. Тот помедлил – и взял, намеренно коснувшись губами моих пальцев, а у меня мурашки побежали по коже. – Но да, возможно, наверное, при должном старании, талантах и… удаче. Но регентом?

- Персон был хорошим человеком, мы сразу нашли общий язык. Со временем из него вышел бы хороший правитель… – я протянула Ривейну ещё одну ягоду. Даже когда я приближалась к клетке некроша, то сердце не замирало так. Эхом повторила его слова:

- Со временем?

- Он был мягким, чувствительным, влюбчивым и обидчивым. Совсем не те качества, которые нужны правителю.

- Вы, стало быть, не такой?

Опять я спрашиваю не то!

Ривейн не ответил.

- Вы знали, что он назначит вас после себя?