Книга Семь моих смертей, страница 170 – Ефимия Летова

- Ну, да, – фыркнула я. – Если в вопросе Варданских островов Пимар и Дармарк ничего не могут нам сделать, то стоит ли их бояться?

- В вопросе островов Пимар с его чёрными магами, алхимиками и магически усиленными специальными военными подразделениями делает уступку рвению дармаркцев и не больше, – Ривейн тоже заворочался, устраиваясь поудобнее. – Если они выступят в качестве наших прямых врагов, ничего хорошего не будет, уж поверьте. Дармарк не отправил на защиту Вардан все свои военные силы, там задействован только отчасти флот и совсем немного наземных войск. Лапланд принципиально сохраняет нейтралитет в большинстве вопросов, профессиональную армию они не держат, но всё мужское население старше шестнадцати лет является военнообязанным и проходит трехмесячную военную подготовку раз в три года до пятидесяти лет включительно.

- Ого, – только и сказала я. Совсем не по-марановски. – Но почему вы уверены, что они непременно поддержат Патриарха? Тем более, насколько я знаю, в Дармарке и Пимаре вера в Высших до сих в большей степени формальность.

- При чём тут вера, Ана? Это чистая политика. Неужели вы думаете, что кто-то откажется от легального повода выступить против Эгрейна и разорвать его на куски, оттяпав себе парочку кусков пожирнее?

- А вы пойдёте против того же Дармарка войной по слову Патриарха, если он встанет в оппозицию? А если объединиться с Дармарком и…

- Не ожидал от вас такого революционного пыла, – Ривейн принялся натягивать халат на мои плечи. – Вам хочется устроить мировую войну?

- Я просто хочу, чтобы вы остались на троне, – сказала я. – Это было бы правильно. Не хочу смуты в стране, к тому же…

Не собиралась я ему льстить, но мне подумалось, что он здесь, во дворце, на своём месте. Что бы ни говорил Брук и остальные, Ривейн не был жесток и неблагоразумен.

- Может быть, с Патриархом можно договориться? Если его влияние так велико…

- Его влияние велико в определенных вопросах. К тому же… у него ко мне личная неприязнь.

- Вот как? – я вспомнила, что и Марана говорила нечто подобное.

- Да, кардинально разошлись по ряду пунктов.

- А конкретнее?

- У меня другие взгляды на многое, не только на судьбу Вардан и их ресурсов. Например, семейную жизнь. На мой взгляд, Высокий храм не должен вмешиваться в личные отношения граждан Эгрейна.

- А он вмешивается? – я устала сидеть и опустилась, положив голову на его бедро. Ривейн посмотрел на меня сверху вниз.

- Разумеется, а как вы думали? На многих достаточно строгих правилах настаивает именно Высокий храм, его служители проводят процедуры заключения брака и подают соответствующие списки в муниципалитеты.

- А что бы вы хотели изменить?

- Смягчить некоторые позиции, – пожал плечами Ривейн. – На данный момент, например, Храм категорически запрещает расторжение брака по любому поводу кроме смерти одной из сторон.

- Вы хотите легализовать возможность расторжения брака? – не поверила я своим ушам.

- В определённых случаях это оправданно, – поморщился регент. – Если один из супругов приговорён к длительному тюремному заключению. Если он пропал без вести или сбежал, неизлечимо болен или проявляет жестокость… Ну и ещё по ряду пунктов. Точно так же, как и возможность прерывания… гхм… если есть какие-то особо тяжкие заболевания матери или ребёнка, с которыми не в состоянии справиться лекари и целители.