Онлайн книга «Семь моих смертей»
|
…почему-то Марана не предупредила меня ни о чём подобном. *** Энное количество минут спустя ситуация прояснилась. Рыдающая и улыбающаяся повариха, сьера Аташа, как оказалось, работала в фамильном имении Дайсов и юную наследницу знала с рождения, любила, баловала и подкармливала самыми вкусными кусочками. Во дворец перешла совсем недавно: после смерти хозяйки и замужества дочери сье Дайс, отец Мараны, рассчитал большую часть прислуги. Ничто не мешало мне оборвать расчувствовавшуюся низкородную сьеру на полуслове, но я дала слабину и позволила ей выплеснуть эмоции и полные тёплой уютной нежности воспоминания: любая информация о Маране могла быть полезной. То, что поведала моя нечаянная родственница, чьё место я заняла, о себе сама, казалось скупым и сухим пересказом фактов. Кроме того… пожалуй, я, Вердана Снэй, нуждалась в этих эмоциях и воспоминаниях Повариха знала о том, что любимая деточка стала женой регента, но не решалась попытаться подкараулить бывшую госпожу. Со слов поварихи я узнала, что после смерти Его Величества Персона, регент первым делом сменил почти всех поваров. То ли былая кухня ему не нравилась, то ли, что прозаичнее и явно ближе к истине, весьма опасался быть отравленным преданными прежней власти холопами. Так что для тосковавшей по работе Аташи всё сложилось недурственно. И всё же она грустила по прежнему дому: Дайсы были любящим семейством, чьё счастье омрачалось лишь невозможностью сьеры Хорры родить обожаемому мужу сына. После явления на свет дочери сьера Хорра потеряла один за другим трёх нерождённых младенцев, после чего окончательно утратила надежду на ещё одного малыша и всю свою нерастраченную любовь выплеснула на дочь. Впрочем, малышку Марану любили все: бабушки-дедушки,пока были живы, отец, слуги… Странно, что при этом она выросла этаким куском безжалостного льда, – меня кольнуло неожиданной завистью. И странно, что не оценила регента – камень и лёд казались превосходным гармоничным сочетанием. - Как же вы исхудали, моё золотце! – причитала Аташа. – Совсем отощали, совсем тут вас за…– тут она боязливо покосилась на стражника и исправилась. – Утомили совсем мою кровиночку! А давайте-ка я вам покушать приготовлю, совсем как раньше?! Я же все ваши любимые блюда помню! Обнять-то мне вас ещё можно, или вы уже такая важная сьера, что и подойти-то нельзя? Я помедлила, слегка растерянная этой несокрушимой лавиной неподдельного обожания, а потом коротко приказала стражнику не дёргаться и кивнула. Аташа прижала меня к себе, а мне в её тёплых и мягких, как свежеиспеченный хлеб, пахнущих сладкой выпечкой объятиях внезапно стало так хорошо и спокойно, что слёзы на глазах выступили. Никто меня так никогда не обнимал. Не принимал. Не любил. Часть 2. Может быть, только мама, в самом-самом раннем детстве, ещё до рождения Брая и остальных, потом-то ей было уже не до меня. Или… нет, больше никто. Ларда стала мне доброй подругой, но не больше. Братья, конечно, по малолетству лезли обниматься постоянно, но детская привязанность совсем иная, она не согревает, не укрывает от бед и невзгод. - Как вы, девочка моя хорошая? – не могла я представить холодную Марану, нежно обнимающуюся с поварихой, никак! Но, возможно, это замужество против воли так изменило, ожесточило молодую девушку. Нежеланное замужество и гибель жениха… Не следовало забывать об этом, чтобы не выпасть из своей роли. |