Книга Любимая адептка дракона, страница 37 – Юки

— Милана! Девочка моя, прошу, очнись!

Обиженная и злая темнота забурлила и заволновалась, словно чуяла, что упускает жертву. Я же закричала беззвучно, когда эмоции и чувства снова вернулись ко мне. А потом я снова ощутила собственное тело и сделала судорожный вдох, впуская в легкие живительный воздух.

— Жива! — выдохнул кто-то рядом, и меня заключили в жаркие объятия, согревающие своим теплом.

Открыв глаза, я чуть не расплакалась, увидев рядом с собой взволнованное лицо Себастьяна. Так значит, он выжил. Еще и меня, похоже, с того света вытащил? Вот только где мы сейчас?

Скосив глаза в сторону, я увидела платяной шкаф, а когда перевела взгляд и поняла, что лежу в обнимку с деканом в постели, где-то в глубине всколыхнулось смущение, задавленное эмоциями от пережитого.

— Что... — хрипло выдавила я, борясь с голосом. — Что случилось?

Взгляд мужчины потемнел, и он с явной неохотой ответил:

— Ты только не расстраивайся сильно. Но то заклинание, которым ты сразила моего отца, выжгло тебя. Ты больше не сможешь колдовать, — его голос дрогнул, и он прикрыл на миг глаза. — Целители тебя едва смогли спасти. Ты тут уже сутки лежишь без сознания.

— Что?..

Чувствуя, как внутри все холодеет, я потянулась к магии, уверенная, что он шутит. И не почувствовала ровным счетом ничего!

— Ну что же вы так пугаете леди? — раздался вдруг рядом чей-то укоризненныйголос. — Возможно когда-нибудь магия вернется. Бывают чудеса.

Охнув от неожиданности, я отпрянула от Себастьяна, со стыдом глядя на притулившегося в уголке мужчину в мантии целителя.

Боже, и давно он тут?

— Господин Райлек, прошу, позвольте нам поговорить наедине, — категоричным тоном заявил Себастьян, выпустив меня из объятий и усевшись на край кровати.

— Ох, молодежь, — проворчал старик, качая головой. — Хорошо, но только недолго! Больной нужен покой.

Он ушел, и я, стыдливо натянув на себя одеяло, под которым не было ничего кроме сорочки, спросила первое, что пришло в голову. Лишь бы не молчать.

— Где мы?

Себастьян пожал плечами.

— У меня в спальне. Где ж еще?

— Но почему не в лазарете? — не удержалась я от возмущения.

Незачем остальным знать, что с тобой произошло, — хмуро отозвался мужчина, глядя на стену перед собой. — Знаешь, как сложно было замять это дело и заставить молчать свидетелей? Он все же мой отец, Милан. Тем более больше он не сможет нам навредить.

Последние слова дракона прозвучали так, что у меня мороз пошел по коже.

— Что с ним?

Себастьян повернулся ко мне, и в его взгляде проступила боль.

— Паралич разбил. Он даже говорить теперь не может.

Мне стало дурно. Это ведь я виновата, и теперь Себастьян наверняка возненавидит меня... Может, и к лучшему, что я лишилась магии.

— Прости, не думала, что все так выйдет...

— Тебе не за что извиняться, он сам виноват.

Став серьезным, Себастьян вдруг взял меня за руку, целуя ее. Покраснев, я уставилась в окошко, за которым вовсю светило солнце, усиленно делая вид, что мне безумно интересно смотреть на чистое небо. Вот только руки я своей не отняла, потому что близость мужчины дарила мне спокойствие и уверенность.

— Ладно, отдыхай, — произнес Себастьян, отпуская меня. — У меня еще много дел: надо разобраться с прибывшими в академию проверяющими, успокоить адептов, разобраться с семейными делами.