Онлайн книга «Магические звери и как их лечить»
|
Он сейчас себя не помнит, а тебя потом доктор целый день будет заштопывать. — Ты меня еще спрашиваешь, гнидина? — пророкотал он так, что Тина открыла глаза, подняла голову и принялась изумленно осматриваться. — Ваш докторишка написал в управу округа! Жалобу на меня написал! О жестоком обращении с животными! С меня три тысячи крон штрафа списали! Бочком-бочком Анна отошла в смотровой — правильно, конечно, она в истории с Птичем вообще никак не замешана, и ни к чему ей слушать чужой скандал. Но я ощутила себя последним оставшимся бойцом с одним патроном, на которого прет големская пехота. — Доктор Браун имел на это полное право, — проговорила я, сжав в руках карандаш. Слабенькое оружие, конечно, но хоть что-то. — Учитывая, в каком состоянии мы выкупили единорога, там действительно было очень жестокое обращение… Еще один удар по столу! Карась подпрыгнул на подоконнике толстым рыжим мячом и улетел в угол за цветочный горшок. Тина выгнула спину и зашипела. Вокруг нее принялись роиться золотые искры — фамильяр ткал защиту. — Это! Моя! Собственность! — наверно, так рычали вымершие гунские медведи ростом до третьего этажа. У меня от страха даже живот заболел. — Что хочу с ним, то и делаю! Хочу — вообще зарежу и колбасу накручу! И не вашего скудного умишка дело, что… Он не договорил. Просто вдруг резко кивнул и уткнулся щекой в стойку. Глаза выкатились в крайнем удивлении, словно бывший хозяин Птича ожидал чего угодно, только не такого. Я приподнялась из-за стойки и увидела, что доктор Браун подошел сзади. Он просто протянул руку, от его пальцев заструились тонкие ручейки серебристого тумана — именно они обхватили скандалиста и впечатали его лицом в стойку. — Ошибаетесь, — нарочитоласковым тоном произнес Иван. — Теперь Птич моя собственность. И я имею полное право призывать к справедливости и порядку. Он покосился куда-то в сторону и добавил: — Пит, полицию вызывай. У нас тут нападение на клинику. В это время слева что-то мелькнуло, и скандалист со стоном опал на пол. Анна выдернула шприц из его шеи и на наши удивленные взгляды ответила: — Ну надо же было его как-то успокоить? Полграмма ценазина, и он тихий и мирный! Бывший хозяин Птича сейчас и правда обмяк и расслабился. Я вздохнула с облегчением. А Иван сгреб со стойки смятое письмо, скользнул глазами по строчкам и сказал: — Штраф, отлично. Сейчас еще и статья за нападение прибавится! * * * Когда прибыла полиция, бывший хозяин Птича более-менее оклемался. Иван передал его стражам порядка, рассказал о нападении на клинику, а скандалист даже не стал ничего отрицать. Да, пришел ругаться. Да, возмущался. Да, по стойке бил, она треснула. Готов все возместить. Вот что ценазин животворящий делает! Я отправила запрос в мебельный магазин по поводу замены стойки, все прибрала, успокоила Тину, которая продолжала яростно шипеть — словом, старательно делала вид, что все в порядке, и мне совсем-совсем не грустно. Что грустить? Доктор Браун свободный человек, он имеет право обедать, с кем захочет. А то, что он мне нравится — а обед с этой стервью Марианной как раз НЕ нравится — так это мои личные проблемы, и я не должна ни к кому с ними лезть. Да, доктор Браун мне нравился. Кто в здравом уме сказал бы, что ему не нравится дракон? Красавец, умница, самоотверженный, сильный, всегда готовый прийти на помощь тем, кому эта помощь нужна — словом, настоящий мужчина, и в него немудрено влюбиться по уши. |