Книга Остывший пепел прорастает цветами вишни, страница 190 – Александр Нетылев

— Приношу свои соболезнования, господин Цзи.

Старик перевел на него потускневший взгляд.

— Благодарю вас, господин Цю. Лянь Хуэйфэн… была для меня как родная дочь. Скажите мне. Она сильно мучилась?

Наверное, кто другой сказал бы утешительную ложь. Но Ичэнь… он не врал никогда.

Даже в мелочах.

— Да. Сильно. Простите меня.

Цзи Чжаньлао, дух орхидеи, сдавленно выдохнул.

— Этого не должно было случиться, — отметил он, — Я ведь рассказывал ей о Земном Царстве. Я рассказывал ей, что оно безопасно.

— Когда-то оно было таким, — ответил Ичэнь.

— Но все меняется, да?..

Взгляд Чжаньлао, все еще печальный, казался неуместно острым и проницательным.

— Когда баланс нарушен, меняется само мироздание. Природа не терпит дисбаланса.

Цю Ичэнь удивленно воззрился на него.

— Вам известно о происхождении Богов Войны, — констатировал он.

— Мне десять тысяч лет, юноша, — ответил патриарх Клана Цветов, — То, что для вас древние легенды, для меня просто воспоминания детства.

— Вы осуждаете меня? — прямо спросил лис, — За то, что я нарушил естественный порядок.

— Осуждение бессмысленно. Оно не принесет никому никакой пользы. И уж точно оно не вернет Лянь Хуэйфэн.

В тот же день имел Цю Ичэнь и еще один малоприятный разговор. Сразу же после обряда прощания подошел к нему Ху Цзиньпьен из Клана Птиц.

— Приветствую старшего, — поклонился он.

— Приветствую младшего, — в тон ему ответил Бог Войны.

Строго говоря, по возрасту старшим из них был Цзиньпьен: ему было уже за три тысячи лет. Однако в обучении у Второго Бога Войны Ичэнь постепенно вышел вперед: не столько даже потому что был талантливее; он знал, что на каком-то этапе между цилинем и соколом возникло критическое несогласие, из-за которого Ху Цзиньпьен уже не смог продолжать обучение.

Тем не менее, он все еще уважал бывшего соученика.

— Мы не можем стерпеть этого, — говорил дух сокола.

Цю Ичэнь искоса посмотрел на него.

— Что именно вы имеете в виду, господин Ху?

В первый раз он видел, как всегда серьезный и сдержанный трехтысячелетний дух сжимаеткулаки до побелевших костяшек.

— Смерть Лянь Хуэйфэн — плевок в лицо всем нам, — пояснил он, — Окончание войны малой кровью было вашей ошибкой. Мы должны исправить её.

— Исправить?..

— Да. Мы должны вторгнуться в Царство Яростных Духов и разрушить его до основания.

Между лисом и соколом воцарилось молчание.

— Вы понимаете, что именно предлагаете? — хриплым голосом спросил Цю Ичэнь, — Разрушить целое Царство?

Ху Цзиньпьен пожал плечами:

— Полумеры никогда не давали приемлемого результата. Баланс нужно или сохранить, или разрушить окончательно.

— Баланс…

Бог Войны отвернулся.

— Иногда мне кажется, что если мне под большим секретом раскрыли тайну, то её уже знает половина Царства, — сыронизировал он.

— Знают лишь те, кто должен знать, — ответствовал Ху Цзиньпьен, — То, что произошло, внушает опасения, Цю Ичэнь. Цзи Чжаньлао и остальные боятся; они боятся вас. Боятся, что нарушение баланса сил, отсутствие противовеса силе Бога Войны ввергнет Небесное Царство в хаос и нестабильность. Я же предлагаю вам иной путь. Присоединитесь ко мне. Вместе мы разрушим Царство Яростных Духов и установим вечный мир во всех Шести Царствах.

— Пожертвовав миллиардами жизней по обе стороны границы, — указал Бог Войны.

Дух сокола молча перевел взгляд на поминальную табличку.